... и тихо пискнула, когда чужая конечность резко дёрнула её назад, прижимая к худощавому, твёрдому телу. Девушка поморщилась и перевернулась на спину, устало покосилась на лицо лежащего рядом колдуна. Скандалить не хотелось, вообще ничего не хотелось... разве что спать и пить. Даже тот факт, что вчера её прилюдно трахнули, разложив на алтаре, воспринимался как-то отстранённо и напоминал о себе лишь ноющей болью между ног.
Так полновесно апатия наваливалась на неё до этого лишь раз - семь лет назад, когда бездетная пара, приходившая в интернат каждые выходные, в конце концов, забрала мальчишку-хулигана (вместо неё! хотя девочка так старалась понравиться) только потому, что он на год младше. Помнится, слёз не было и в тот раз, лишь мгновенная вспышка боли и затопившее душу равнодушие. В тупом безразличии прошли следующие полгода, а потом её группа пополнилась новыми "членами", так что пришлось в срочном порядке "проснуться", дабы не остаться, в конце концов, с голой жопой - новички оказались чересчур боевыми и наглыми. О семье с тех пор себе мечтать Мишель запрещала.
Вот и сейчас вместо того, чтобы сожалеть о насильно отобранной невинности, воровка несколько заторможено обвела взглядом комнату. На чёрного смотреть больше не хотелось, сквозь равнодушие порой пробивалась острая неприязнь, едва ли не брезгливость. И горькая обида. Пожалуй, даже в большей степени, чем неприязнь.
Комната была не "её": тёмная, большая, уголок губ Мишель саркастически приподнялся, как спортзал. Высокий потолок, то ли обитые деревом, то ли обклеенные коричневыми обоями стены, ламинат на полу, из достоинств только камин, и тот не зажжён. В общем, помещение девушке не понравилось. Она предпочла бы вернуться в свою комнату, а лучше вообще в интернат - оказалось, всё познаётся в сравнении. Отбилась бы, наябедничала кому-нибудь, вариантов в сущности была масса.
А теперь? Себастиан не дурак - Мишель уяснила это давно. Долгожданная свобода откладывается. Надолго. Очень надолго. Если не навсегда. Кто в здравом уме упустит такой подарок? Самозаряжающаяся батарейка, постельная грелка и ещё хрен знает кто в одном флаконе.
- Ты можешь зажечь камин? - тихо спросила девушка, ёжась.
- М-м? Зачем? - лениво муркнул чёрный, вздыхая и ближе прижимаясь к воровке.
- Холодно, - поджав губы, буркнула Мишель, ёрзая в попытке ненавязчиво от него отодвинуться.
- Даже со мной? - разгадав манёвр, крепче обнял её за талию колдун.
- С тобой особенно.
Отвечать на колкость чёрный не стал, в камине наконец вспыхнул огонёк. Маленький, но шустрый, быстро расползшийся на заранее приготовленное дерево. Мишель села, сбросив руку задумчиво рассматривающего её Себастиана и, подтянув одеяло на грудь, поползла к концу широченной кровати. Встала, окончательно сдёрнув одеяло с обиженно фыркнувшего чёрного, пошлёпала босыми ногами по холодному ламинату к огню. Восхитительно тёплому и яркому в стылом мраке спальни колдуна.
Сзади послышался шорох, девушка с наслаждением протянула руки вперёд, отогревая замёрзшие пальцы. Села на пол, скрестив ноги, завернувшись в одеяло, как в кокон (помыть её, судя по всему, помыли, а вот одевать не стали), и заворожено уставилась на оранжевые язычки пламени - хоть что-то в этом сраном мире неизменно.
Себастиан натянул штаны и, прищурившись, изучал девчонку. Он был готов к истерике, но не столь... тупому безразличию. Казалось, тот огонёк, что ещё недавно горел в сапфировых глазах, потух, оставив после себя лишь сизый дымок. И колдуну это не понравилось, очень.
Чёрный, беспокойно прикусив нижнюю губу, покачал головой - нужно побыстрее вывести цыплёнка из этого коматозного состояния. Вытянул из-под кровати толстый свёрток с полтора метра длиной и, подхватив его за край поудобнее, направился к камину. Бухнул ношу параллельно стены, Мишель даже не повернула голову, лишь слегка вздрогнув от неожиданности. Себастиан вздохнул и аккуратно поднял недовольную переменой местопребывания девушку на руки, босой ногой раскатал ковёр - не дело на холодном полу сидеть.
***
Мишель провела ладонью по пушистому, длинному и поразительно мягкому ворсу. В свете огня вообще-то молочного цвета ковёр приобретал персиковый оттенок, очень красивый и тёплый. Сейчас возле камина, когда в голове блаженная тишина, воровка была почти счастлива. Не было бы рядом ещё чёрного, и не ныло бы ещё между ног...
- Мишель... - колдун медленно опустился рядом, странно фыркнул. - Мои "гости" ещё не уехали. И вряд ли уедут в ближайшую неделю.
- Почему? - девушка, нахмурившись, повернулась к Себастиану.
Новость ей не понравилась, если одного такого она ещё могла терпеть, то уж целую толпу, нет уж, увольте, особенно после... Бледные щёки "украсил" ляпистый румянец. Мишель подтянула одеяло повыше, опустила голову, пытаясь скрыть стыд.
- Ты, - колдун пожал плечами, вытянув длинные ноги. - Они все хотят тебя.
- Ну да, - воровка почти пофигистично хмыкнула, вновь вернувшись взглядом к огню.
- Попытаются переманить, - коротко, с непонятным выражением покосился на неё чёрный, - или, на худой конец, урвать побольше. Ты так спокойна... Не боишься?
- Нет, - Мишель пожала плечами. - Ты защитишь.
- Это верно, - тихо засмеялся Себастиан, - начинаешь проникаться новым положением?
- Изыди, - мрачно буркнула воровка, отвернувшись.
Колдун только усмехнулся и на пару минут замолчал, вместе с девушкой глядя в огонь.
- Мишель, - как-то тяжело начал, Мишель напряглась в предчувствии плохих новостей, - по натуре мы довольно мстительны, и, думаю, сразу после их отъезда сюда завалятся представители всех кланов одарённых.
- Оу, - с некоторым замешательством потянула девушка, коротко на него покосилась. - Боишься, что отберут?
- Да, - не стал таить очевидного Себастиан, - но есть один нюанс: для этого им понадобится твоё согласие.
Воровка фыркнула, вяло усмехнулась, новость у неё вызвала довольно смешанные чувства. С одной стороны - чёрный, с которым всё уже более-менее ясно, с другой - призрачная надежда от него удрать. Но до того хрупкая и непредсказуемая, что "вот-прям-счаз" девушка за неё цепляться бы не решилась.
- И почему же я не должна его давать? Назови хоть одну причину.
- Так как тебе лет-то всего ничего, ты тут же перейдёшь под "опеку" Главы.
Тот же в свою очередь попытается тебя как можно эффективнее использовать. И не факт, что тебе, мой цыплёнок, это придётся по вкусу. А возразить низ-з-зя: я уже говорил, до пятидесяти ты никто и звать тебя никак. Всё решает опекун, - колдун как-то невесело усмехнулся, - а потом и муж, которому к этому времени ты успеешь нарожать парочку милых, крайне одарённых ребятишек. Да вот незадача: долго после этого не проживёшь.
- Почему? - Мишель плотнее закуталась в одеяло, стало как-то очень не по себе, ибо о замужестве она никогда и не мечтала, а о роли свиноматки - тем более.
- Беременность даже простой женщины довольно выматывающая для её организма и ауры. А уж такой как ты, - Себастиан печально взмахнул кистью. - Она просто перекорёжит тебе все каналы, к тому же, одарённые никогда не донашивают своих детей, провоцируют роды месяце на седьмом, так как дальше младенец начинает тянуть дар и жизнь у матери.