После чаепития и нескольких легких закусок Нин Юньянь встала и прошла в ванную в сопровождении личной служанки. Остальные не придали этому никакого значения. Им было плевать и на Линь Цзинь-эр, которая с самого начала тихонько сидела в углу, а теперь куда-то ушла.
Ванная в этом чайном доме ничем не отличалась от ванных в других чайных: превосходная обстановка, приятные благовония и прекрасное чувство уюта.
Нин Юньянь стояла, раскинув руки в стороны, пока служанка завязывала ей пояс.
– О чем думаешь? – спросила Нин Юньянь.
Фигура позади нее обернулась, приведя в порядок рукава, Нин Юньянь подняла голову. Это оказалась Линь Цзинь-эр.
– Ее благополучие не зависит от того, умрет молодой господин или останется в живых, – мягко сказала девушка. – Неважно, умрет ли Фан Чэнъюй или все будет в порядке, у семьи Фан не будет поводов обвинять ее.
– Конечно, я это знаю, – у Нин Юньянь лопнуло терпение, и она отошла немного в сторону, встала у окна и сорвала веточку жасмина. – Эта дрянь слишком хорошо устроилась. Мало того, что не умерла, так еще и живет в Янчэне припеваючи. Небеса, в самом деле, слепы!
Линь Цзинь-эр сделала несколько шагов следом за ней.
– Поначалу она умирать не собиралась, поэтому все выставили, как случайность, – прошептала она.
Нин Юньянь посмотрела на нее и фыркнула.
– Знаю, я тебя и не виню, – сказала она с улыбкой.
Линь Цзинь-эр склонила голову и поблагодарила ее.
– В тот раз это была моя оплошность. Я действовала по ситуации, но, по-видимому, с ней делать так бессмысленно.
– Тогда что нужно сделать, чтобы все прошло как надо? – спросила Нин Юньянь, выпуская из рук один за другим желтые цветы, что демонстрировало ее внутреннее нетерпение.
– Семья Фан относится к ней снисходительно, поскольку она – кровная родственница. Но некоторые вещи не получится простить, даже если она уже стала для них невесткой, – сказала Линь Цзинь-эр.
Нин Юньянь перевела взгляд на нее.
– Хочешь снова воспользоваться удобным случаем? – спросила она.
Линь Цзинь-эр покачала головой.
– На таких, как Чжэньчжэнь, это не подействует. Я лишь могу все организовать так, что она сама совершит ошибку, – сказала она с улыбкой.
– И когда ты собираешься этим заняться? – спросила Нин Юньянь.
– Для осуществления задуманного потребуется твое личное участие, а еще лучше – помощь Юньчжао, – сказала Линь Цзинь-эр.
Внезапно Нин Юньянь сильно разозлилась.
– Раз потребуемся мы, то чем ты займешься? – процедила она.
Линь Цзинь-эр поспешно отмахнулась.
– Нет, нет, ничего особенно делать не придется, – быстро объясняла она. – Вам всего лишь нужно быть третьего числа в городе, нам даже лично не нужно будет видеться. Я придумаю повод выманить ее на улицу, а тебе просто нужно будет с остальными весело проводить время. Главное – оставайтесь в Янчэне, мы вам на глаза не попадемся.
Нин Юньянь выдохнула:
– Третьего числа мы с братом не уедем.
Это было согласием, на что Цзинь-эр ответила улыбкой. Больше Юньянь ничего не говорила, явно давая понять, что тема закрыта.
Линь Цзинь-эр на мгновение замолчала.
– Почему десятому молодому господину нравится вэйци? – не удержалась она от вопроса.
– Моему брату это всегда нравилось, – ответила Юньянь. – Ему в принципе много чего нравится, что иногда даже перерастает в одержимость.
Договорив, она взглянула на нее и затихла.
– Не беспокойся об этом. Тебе незачем, как эти сумасшедшие, увлекаться вэйци, это ведь слишком скучно. Мой брат, в конце концов, не кретин, – продолжила она.
Линь Цзинь-эр улыбнулась и кивнула:
– Нин Юньчжао никогда не был заурядным человеком.
Заметив, что Цзинь-эр стояла неподвижно, она задумалась и подошла к ней чуть ближе.
– Брак моего брата с юной госпожой Ян не состоится, мама отвергла предложение, – тихо сказала она. – Потому что она не нравится Юньчжао.
Узнай об этом другие девушки, они были бы вне себя от радости, но Линь Цзинь-эр почувствовала лишь разочарование.
– Какая жалость, – пробормотала девушка.
На самом деле Юньянь знала все о происхождении юной госпожи Ян, да и двоюродные сестры описывали ее внешность.
Поначалу девушка верила, что Юньчжао и юная госпожа Ян идеально подходили друг другу, и ей было жаль, что брак не состоится.
Но так было лишь потому, что она была хорошей сестрой для своего брата и чувствовала досаду лишь по отношению к нему, а не к Цзинь-эр, которая мечтала выйти за него замуж.
Сплошное лицемерие.
Нин Юньянь скривила губы:
– Неужели ты думаешь, что если мой брат не станет тебе мужем, то он не сможет взять наложницу? Ты настолько нетерпелива?