Вылечить болезнь и не позволить ему умереть в столь юном возрасте – то, о чем семья Фан и мечтать не могла. Старая госпожа Фан со своей невесткой готовы были свои жизни отдать тому, кто смог бы помочь молодому господину.
Однако от услышанного окружающие не были в восторге.
Молодой господин Фан еще больше разразился хохотом и сказал:
– Юная госпожа Цзюнь, это весьма пугающая и серьезная угроза.
Девушка с улыбкой протянула руку и взяла брата за запястье. Из-за паралича руки и ноги молодого господина были ледяными. Внезапное прикосновение теплых женских рук, да еще с особой мягкостью и нежностью, невольно привело его в напряжение.
Чжэньчжэнь уже перевернула его руку и пальцами стала нащупывать пульс.
Молодой господин почувствовал, как тепло распространялось по всему его телу, из-за чего на лице парня тут же отразилось смущение.
Эта девушка и в самом деле прикоснулась к нему!
Он знал, что все остальные не осмеливались высказывать ему правду в лицо и лицемерили, на самом деле испытывая отвращение к его телу, однако это было взаимно – их он ненавидел не меньше. Они чувствовали, что его тело грязное, а он думал абсолютно то же самое о них.
Молодой господин собирался выдернуть свою руку, но девушка уже выпрямилась и отпустила его.
– Ты не болен, – промолвила она. – Ты находишься под воздействием яда.
Молодой господин Фан усмехнулся:
– Не говори ерунды.
Все прекрасно понимали, что болезнь у Чэнъюя была еще с рождения. Во время беременности его мать слишком много горевала из-за смерти отца. Сначала у нее чуть не случится выкидыш, но ребенка удалось спасти, а затем произошли преждевременные роды. И даже невзирая на то, что до пяти лет все обходилось без происшествий, в конце концов скрытое заболевание дало о себе знать.
Эта девчонка что, в самом деле думала, что его можно обмануть, как маленького ребенка?
Юная госпожа Цзюнь больше ничего не сказала и попятилась назад.
– Я вернусь и подумаю о том, что можно сделать. Возможно, у меня получится придумать способ вывести токсины из твоего организма, – добавила напоследок Чжэньчжэнь и, не дожидаясь ответа брата, развернулась и ушла.
Ее походка была ловкой и совершенной. Вся эта ситуация явно выбила молодого господина из колеи. Он сидел в своем инвалидном кресле, испытывая бурю эмоций.
Как забавно.
Что это с ним сегодня? Он не только проявил инициативу и заговорил с ней первым, но еще и выслушал ее.
Из-за болезни его мать с бабушкой путешествовали по всей стране в поисках самых лучших и известных врачей, но все в один голос заявляли, что его невозможно спасти. И вдруг появилось это невежественное ничтожество и заявило, что способно на это?
Но самое нелепое то, что молодого господина обрадовало ее обещание. Неужели его и правда кто-то мог вылечить? К удивлению, он доверился ей.
По мере приближения дня его кончины Чэнъюй думал, что успешно поборол страх перед смертью. Он полагал, что за десять лет уже морально подготовился и был в состоянии бесстрашно принять свою судьбу. На деле оказалось, что все совсем не так.
С каждым днем в глубине души он боялся этого все больше, а сказанные сестре слова походили на попытку ухватиться за спасительную соломинку – его единственную и последнюю надежду.
Смотря в спину удаляющейся фигуре Чжэньчжэнь, молодой господин хотел было громко рассмеяться, однако в итоге лишь пару раз кашлянул.
– Пойдемте, – равнодушно бросил он.
Двое слуг скрыли удивление и поспешно сдвинули инвалидную коляску, отчего в безмолвном зимнем саду послышался скрип.
– Юная госпожа, юная госпожа, а ловко вы это придумали, – восторженно прощебетала Лю-эр.
Чжэньчжэнь озадаченно на нее посмотрела.
– Обвели вокруг пальца этого мелкого паралитика, – не скрывая восхищения, добавила служанка.
Юная госпожа улыбнулась и не стала ничего говорить. Пройдя небольшую дистанцию, она остановилась у какого-то обширного свободного пространства.
Это место походило на тренировочную площадку.
В богатых семействах находились такие площадки, поскольку каждому образованному человеку необходимо было овладеть Шестью Искусствами, которые включали в себя этикет, музыку, стрельбу из лука, верховую езду, каллиграфию и математику. В уезде Цзэчжоу таких семей было немало, поэтому молодежь всегда практиковала свое мастерство.
Только вот в семье Фан не было мужчин, но, похоже, площадкой все еще пользовались довольно часто.
– Юная госпожа, юная госпожа, смотрите-смотрите, это тот самый отпечаток руки на столбе, который оставила старая госпожа Фан, – служанка стояла перед деревянным столбом, указывая прямо на него.