Шкатулку я не продала, хотя и сходила к оценщику. Мне предложили, тогда стоимость равную четырём автомобильным колёсам, но поскольку резину я заменила три месяца назад, то решила не судьба, значит, и не продам, оставлю на память. Денег на счету было, конечно, не много, но и хватило бы на одну шестую от стоимости однокомнатной квартиры. Какая никакая, но подушка на жизнь после выпуска из Универа, имелась. Счёт не закрыла, он бесплатный пусть деньги растут, снять смогу в любое время, банк надежный, а я тогда уже и работу нашла. На что жить средства были, а через год ушла из студенческого общежития, сняла квартирку рядом с работой. Так было нужно, никакого тебе комендантского часа и соседки не мешают.
Вчера установили зеркала в одну из комнат замка. Комната получилась, как маленькая студия. Андрэ сказал, что не хочет, чтобы из-за него я забыла, как танцевать и потеряла навыки, которых добилась долгим и упорным трудом. Было очень приятно, эта странная забота от постороннего человека, вызывала те же чувства, что и при общении со старушкой Эммой. Ещё раз убеждаюсь в том, что я не зря согласилась на его предложение.
За завтраком, мой лорд, составляя расписание на день, объявил, что сегодня мы будем танцевать, он захотел увидеть моё танго. Моё танго! Да я, профи по этому стилю танца. Мне захотелось рассмеяться, но смеяться при нём, было совсем неудобно, и я удалилась в туалет, хотя он сказал: что это клозет. Мы же не в гостинице находимся, а в замке, как ни как.
А вообще, он не такой чопорный, как может показаться на первый взгляд. У него здоровое чувство юмора и каждое утро мне приносят кофе с красной розой, сегодня их уже десять. Мне жалко, что из-за меня их срезают, да и кофе я могу пить на кухне, но работники замка строго запретили мне там появляться. Не положено и всё тут, хоть ты тресни».
***
Зал с зеркалами удивил, это ещё слабо сказано. От обустройства комнаты меня отстранили, всем занимался сам граф с Марвом, ну никак язык не поворачивается назвать этого мужчину слугой. Стены, пол и потолок были полностью зеркальными. Хорошо, что Андрэ не видит, не очень-то хотелось сверкать нижним бельем, глядя на пол, но вслух я спросила, а Андрэ, почему-то расцвел смущенной улыбкой.
- Андрэ, а мои туфли не разобьют зеркало, когда я буду отплясывать на нём каблуками? А то я суеверная.
- Не бойся. Это не зеркало, а зеркальное покрытие, защищенное бронированным стеклом. Ничего не разобьется, ты легонькая.
- Спасибо за лёгонькую, а ты хоть чуть-чуть умеешь танцевать? - поинтересовалась девушка, а про себя подумала, «и когда же граф меня взвешивал – то?»
- Я даже тебя удивлю, в нашей семье не допускается, неумение танцевать, даже, если ты слепой или хромой. Мы представители высшего общества и должны быть примером и вызывать зависть у народа. У нас должно быть всё самое лучшее, понимаешь? На нас смотрят и обсуждают, или осуждают, что тоже часто бывает.
- Давай проверим, какой ты танцор, - проговорила Алексис и прошла в центр зеркальной комнаты в паре с Андрэ, потом забрала свою руку из его руки, оставив его одного посередине пустого помещения.
Зазвучала музыка, Алексис подошла к графу, тот взял её руку, и еле слышно произнес:
- Не отпуская меня больше, - и прижался своим лбом ко лбу девушки.
И понеслось. Его руки профессионально прошлись по её телу, касаясь лишь кончиками пальцев разрешенных мест тела партнёрши, и сразу ощутил, как по коже Алексис пробежала мелкая дрожь. Поток нетерпения прошёл потоком мыслей в его представлении. Музыка стала резче, и он в развороте прижал её к своей груди. Граф умело раскручивал Алексис, без ошибок выполнял все поддержки партнёрши, развороты, сближения. У обоих сбилось дыхание, их губы касались мимолётно губ друг друга, придыхание, и снова расходились по сторонам. Щёки скользили в противоположном направлении, лишь слегка прикасаясь к коже партнёра. Он обдувал прохладным ветерком её кожу, скользя от плеча по предплечью основанию шеи, и заканчивал поцелуем в мочку уха, будоража её обострившийся слух, и вводя в смущение. Её волосы разлетались в разные стороны и бушующим водопадом падали на напряжённую спину.
Они не просто танцевали, они были поглощены страстью, хотя почти не касались тел друг друга. Музыка давно закончилась, но партнёры сделали вид, что не услышали этого и всё продолжали и продолжали танцевать, под выученную мелодию отточенными движениями, не замечая ничего вокруг себя, а лишь глаза напротив. Хотя Андрэ и видел только свой взгляд, но он понимал, что Алексис не отводит от него своих глаз, даже на мгновение, весь танец глаза в глаза.