— Нет. Там хитрая конструкция. В него хоть десять самолетов запусти — он все равно останется стоять. Боги Лимба поддерживают его.
— Бизли, пойдешь с нами? — Мартина посмотрела на кота. Тот уже был изрядно пьян, но все равно держался молодцом.
— Да, пусть этот членистоногий с крыльями тащит меня на своем горбу!
Иномирцу это не сильно понравилось — аж жвалами затрещал, выражая свое недовольство, но отказываться все-таки не стал.
Всего я насчитал около двадцати рыл. Вполне неплохой такой отряд. Жаль, что новичков много. От опытных толку было бы больше. Но и черт с ними. Я прекрасно понимал, что наша основная цель с Мартиной — это не источник, к которому рвутся все эти балбесы, и не пульт управления, который отключит что-то там, а Гельмут. К счастью, эти сновидцы-маргиналы не понимают, что будут играть роль пушечного мяса и отвлекать на себя силы противника, пока мы будем прорываться к генералу.
— Тогда готовьтесь — скоро выступаете! — объявил Ганитула, — и пусть удача будет на вашей стороне.
— Да пребудет с нами сила! — отозвался мандалорец.
Мы с Мартиной направились к барной стойке, а за нами увязался вездесущий Бизли.
— Рад тебя видеть, приятель, — сказал я, когда мы сели на высокие стулья, — я думал, что ты свалил обратно в деревню.
— Так и было. Но моя пушистая задница не может жить и дня без приключений, а «Веселая Клоака» — это прекрасное место, придя в которое, ты без них не останешься, а, наоборот, найдешь и побольше. Тут всегда либо изумительный мордобой, либо побоище. Такой настрой постоянно держит в форме. Но тебя я здесь встретить не ожидал! Тем более в компании жнеца. Ты точно не так прост, как я о тебе сначала подумал, — Бизли заказал себе пива и закуску, — не ссы, лысожопый. Развалим мы того придурка. С нами лучшие отбросы Лимба и Мартина! Обожаю жнецов!
— Тогда чего сам к ним не вступишь? — поинтересовался я.
— Кто? Я? Брось, Сергей! — Бизли расхохотался и чуть не выронил кружку из лап, — нет. Ты можешь представить меня с крыльями? Это же умора будет! Жнец должен вызывать трепет в сознании сновидцев. Я когда первый раз встретил этих крылатых тварей, чуть в штаны не наложил. Все высокие, страшные, мрачные. Жестокие, крутые. Идеал! А тут я! Толстый котофей с крыльями и арбалетом! Стоять! Не двигаться! Мы будем вас иссушать!
— Да, это было бы забавно, — согласилась Мартина, которая уже потягивала слоистый коктейль через трубочку, — но среди жнецов кого только не было. Так что ты бы вписался.
— Правда? — удивился Бизли, — то есть меня возьмут? Серьезно?
— А почему бы и нет? Но ты должен привлечь внимание к себе. Показать, что ты прекрасный воин и служишь нашей идее.
— Да не вопрос! Сегодня я покажу себя с самой лучшей стороны! Мы же будем вместе — сама увидишь на что способны склочные рыцари — лунные воины! — хвастливо заявил Бизли и сделал большой глоток пива. Надеюсь, что он протрезвеет до осады Небоскреба.
— Расскажи мне о двуликом, — попросил я Мартину. На самом деле я хотел узнать, почему ее зовут Великой нечистой, но информация о Гельмуте сейчас была гораздо важнее.
— А что о них рассказывать? Редкий вид иномирцев. Физического тела у них нет. Обладают сложным устройством кокона, но ты это наверное и так заметил, — ответила ангелица, — собственно, благодаря именно ему обладают бессмертием.
— Что? — не поверил я, — такое разве возможно? Я думал, что бессмертные — это просто долгоживущие существа. Ну типа дану, вот. Да, они живут там по нескольку тысяч лет, но все равно умирают от старости.
— Сережа, я говорила тебе, что ты ничего не знаешь? Так что послушай меня внимательно. Бессмертие достигается разными путями. С какой-то точки зрения мы все живем вечно. Наше сознание покидает тело, попадает в Лабиринт, а потом мы переживаем реинкарнацию.
— Это говно, а не бессмертие, — категорично заявил я, — толку от такой херни, если ты ни черта не помнишь. Чистое сознание. Нулевое. Это уже не ты.
— Хорошо. Твое право считать так, — не стала спорить со мной Мартина, — так вот представь себе, что твой скафандр является физическим телом.
— Это тоже под большим вопросом, — усмехнулся я.
— Ага. А вот у двуликого скафандр энергетический. Догоняешь?
— Мда, — я ничего не понял, — он как матрешка, что ли? Сознание связанное с другим. Симбионт?
— Не совсем так, Сережа. Я же говорила, что ты не поймешь так сходу. У Гельмута две личности, и мы видели только одну из них. Она прикидывается старым немецким генералом. А какая другая — это большой вопрос. Обычно она гораздо сильнее своего напарника.