— Да, за что боролись, на то и напоролись. Я лично отрицательно отношусь ко всей это расовой нетерпимости.
— Мне тогда очень стремно было, но ничего, пережила, ну и ушла из скингерл. Поняла, что и меня такая же судьба ждет, а может, и похлеще, но силы-то у меня ого-го. Нет, не подумай, я не испугалась, просто поняла, что дерьмо это все. Мужиков больше заводить не хотелось, память травмирована надолго была. Ушла в качалки, стала там вымещать всю свою ярость и злость, коих у меня на троих хватает. А потом появились реконструкторы, и я поняла — отличное движение! Можно нацепить на себя доспехи и лупить всех подряд железками. Не сказать, что я прямо круто так машу мечом, но мужики меня не жалеют. Бьют по-настоящему, как равную, а это и хорошо.
— До сих пор тусишь с ними? — Мы вышли из подъезда, и я улыбнулся, завидев свою новую тачку.
— Уже почти нет. Просто хожу на тренировки иногда, но турниры и выездные бои остались в прошлом — нет времени. — Ирина остановилась возле моей новой машины. — Крутая тачила. Только погляди на ее злую рожу. Настоящий маскл кар. Американская легенда. Я тоже думала «Рэм» взять следующей тачкой.
Да, подарок был хорош. Сам бы я себе такой не купил. Жаба давила бы до конца жизни.
— Особенно крутым получился вот этот изгиб у заднего крыла, — я провел пальцем по линии бокового окна, — прямо олдскул, все, как я люблю, хотя машина 2017 года.
— И валить она должна хорошо. Ну, что кто поведет? — спросила Ирина.
— Давай ты. Я, во-первых, такой машины боюсь, а во-вторых, еще не совсем отошел от своего иссушения, у меня может быть заторможенная реакция. Убьемся еще.
— Хорошо. — Я бросил девушке ключ, пискнула сигнализация, и мы сели в американскую легенду на новый лад.
— Сзади места совсем нет, — недовольно сказала Ирина, — если придется кого-то везти связанным, не поместится толком.
— Так это и не тачка для выезда на стрелки, это же спорткупе!
— Уверена, что и багажник у нее только для дамской сумочки.
— Ну, вот вряд ли, все-таки это не кабриолет.
— Поехали, я знаю, где находится кладбище. — «Челленджер» заревел всем своим табуном под капотом и резво рванулся с места, да так, что меня вжало в сиденье.
— Не ссы, тут всего — то 380 кобыл и коробка-автомат, так что по определению он быстро ехать не может, а веса почти две тонны. Стандартный америкос. Надо было СРТ брать.
— Извините, я вообще не просил Костю о тачке.
— На первое время сойдет, не то что твой старый сарай. Я бы на твоем месте поджигателям бы еще и заплатила, и руку пожала, — усмехнулась Ира.
Тут она права. Я сам недавно думал, как бы от него избавиться. Мы мчали по Москве, и я в который раз удивлялся тому, что нас начали пропускать. Правильно, ты же не на шохе дырявой, а на крутой тачке. Мигнул поворотником, перестроился. Тебе фарами моргнули. Пропускают даже там, где правилами сказано обратное. Уважение? Ха, вряд ли. Скорее, страх. Есть у нашего народа какое-то холопство, которое до сих пор не смогли из него вывести. Видишь большой черный «мерседес» — уступи ему дорогу. В нем бандиты сидят. Простой человек такую машину не купит, он «октавию» возьмет в кредит или «сандеро» там. С девяностых идет эта тема. Посмотрите на правительственные тачки — большие, черные мерины с мигалками. За версту видно — шишки едут. Сторонись, холоп, или тебе проблемы нужны? Так вот у нас и повелось. Есть тачки для быдла, а есть для элиты. У обычного человека денег нет. Он по определению нищ и веревкой подпоясан. А деньги либо у бандитов, либо у власть имущих, хотя в наше время это уже синонимы.
— Сколько стоит этот пепелац? — спросил я.
— Не знаю, миллиона три-четыре, наверное, а может быть, и все пять, как моя.
— М-да, а Костя свой «майбах» взял за десятку.
— Он может, — согласилась Ирина, — ему по статусу положено. Он из высшего круга, что называется. Там такие люди, что к ним на драной козе не подъедешь. Я одно время с ним ездила в качестве охранницы, когда мы только все это начинали. И вот представляешь — загородная вилла размером с дворец. Парковка забита крутыми иномарками, и я в вечернем платье, а в сумочке стволик и кастетик.
— Чего, ептыть? — Я заржал, как конь. — Ну то есть — правда? Платье, сумочка? Не представляю тебя в таком прикиде, вот совсем. Скажи, что ты еще танцевать умеешь всякие там вальсы.
— Брось, там никто не вальсирует, Сережа, просто нажираются, как на даче у Кости, только вместо водки шампанское и коньяки по несколько сотен тысяч рублей за бутылку. А вместо сосисок всякие деликатесы. Я там впервые черную икру попробовала.