— Увеличилось количество слухов о вайпе.
— Это вполне ожидаемо. Даже в техподдержку уже пишут, спрашивают. Отвечайте всем, что его не будет. Если мы проиграем, уже ничего не будет — ни мира, ни нас с вами. Мы просто не проснемся, и никто не вызовет нам ищейку. Так ведь, Сережа?
— Скорее всего, — подтвердил я его слова.
— Ставки растут не по дням, а по часам, соратники. — Костя задумался, но лишь на мгновение. — Так, с Анникой происходит что-то странное. Я это чувствую — она меня будто бы избегает. Вы, охотники, хорошо себя показали с Юрой, так что будьте готовы доставить ее ко мне. Я скажу вам, где она живет.
— Будет сопротивляться — поломаю, — сразу предупредила Ирина.
— Это уже на ваше усмотрение, но я сильно сомневаюсь, что такая хрупкая женщина, как Анника, может оказать хоть какое-то сопротивление. — Костя пощелкал пальцами. — Какие еще новости?
— Да, вроде бы больше ничего криминального, — ответила Ирина.
— Отлично. Тогда сейчас я отпускаю всех по домам, готовьтесь к вечерней битве.
Ночь 9
«Тук-тук-тук», — стучали колеса вагона метро. Я стоял напротив здоровенного лысого мужика, который почему-то ел доширак из пластиковой кружки большой деревянной ложкой, расписанной под хохлому. Впрочем, никого в вагоне это не смущало, как и меня.
— И что, вкусно? — спросил я.
— Да, прямо как «Тайд» весенняя свежесть, — ответил он и широко улыбнулся, обнажая два ряда кривых зубов. Странно, но меня это совершенно не удивило.
«Значит, и правда вкусно», — подумал я. Зазвучал малоразличимый голос записи из динамиков — станция такая-то. Нет, не моя. Здоровяк высунул длинный язык и начал облизывать им все свое лицо — опухшее и побагровевшее. С кем не бывает. А язык у него и правда хороший, повезло его бабе, а может, даже и не одной. Мне бы такой, я может, тогда и вовсе не женился бы. Двери вагона открылись прямо на ходу, хотя поезд уже отходил со станции, и в него стали входить люди. Ну да, а что тут такого. Внутри стало тесновато. Кто-то толкнул здоровяка, и тот опрокинул всю лапшу прямо на себя. Она тут же стала шевелиться как живая в попытке покинуть его обширное пузо, но язык мужчины внезапно вытянулся почти до пупка и стал активно ловить дергающиеся лапшинки, похожие на червяков. Жуть какая-то. Я отвернулся, так как не видел в этом ничего необычного, но картина все равно была неприятной. Что-то кольнуло меня под ложечкой. Я посмотрел прямо перед собой и увидел Юлию, чье лицо мелькало среди силуэтов пассажиров. Она медленно пробиралась ко мне, и было в ней что-то пугающее и зловещее. Так-так. Ретируемся. Я протолкался сквозь толпу к выходу из вагона.
Бывшая девушка приближалась. Двери открылись, и я как угорелый выскочил из вагона. Ноги сами понесли меня к противоположному вагону, который уже собирался уходить. Я ускорился и запрыгнул в набирающий скорость поезд прямо через окно. Стекло спокойно выдержало такую наглость и даже не разбилось.
— Что, не можете, как обычный человек, зайти через дверь? — обратилась ко мне полная женщина-кондуктор с черной сумкой из кожзама. — У вас вообще билет-то есть?
— Какой билет? Это метро, я уже на входе заплатил. На турникете! — возмутился я.
— Какой еще турникет? Покажите ваш билет. Ничего не знаю. Я сейчас полицию вызову. Высажу на следующей станции.
— Тетенька — это метро! Вы понимаете, метро! Здесь не нужен билет, — талдычил я, как заведенный, осматривая других пассажиров, но все они были совершенно безучастны. Каждый сидел и молча держал в руке билет, похожий на древнюю перфокарту. В руках кондуктора появился здоровенный компостер с ужасными торчащими зубцами.
— Протяните руку, молодой человек, — приказала мне кондуктор, раскрывая челюсти этого орудия пыток.
— Ни за что! — Я оттолкнул завизжавшую тетку и подбежал к закрытой двери этого вагона. Подергал за ручку, но она не поддалась. Заперто, конечно. Хотя это к счастью. Прямо передо мной за стеклом была Юлия. Она стояла прямо на сцепке вагона, и ее пальцы, как присоски, прилипли к стеклу. Огромные глаза, которые мне когда-то так нравились, светились настоящим безумием. Она увидела меня и зло улыбнулась. В этот момент что-то заныло в моей груди и нечеловеческий рык наполнил вагон. Юлия удивленно посмотрела на меня и полезла вверх — на крышу вагона. Могу поклясться, что я слышал ее гулкие шаги по металлу где-то сверху.
В динамиках пропищал противный птичий голос, как будто поездом управлял машинист-попугай, и вагон стал останавливаться. Я тут же сиганул через окно на платформу незнакомой мне станции и побежал по ней что есть мочи, изредка оглядываясь назад. Да, точно — моя бывшая преследовала меня. Она уже не шла, а парила над землей, как настоящий призрак. Вот же хреновина. Я добежал до эскалатора и понесся прямо по нему, расталкивая людей. Они сыпались вниз, как кегли в боулинге.