В подтверждение своих слов, она круто развернулась и опустила свой огромный молот на голову Дэрека — того самого орка, что бычил на нас первым, едва мы въехали в город.
— Я не виноват, не баньте меня, — воскликнул Самсон, который был на очереди следующим, — это все Юджин! Он сказал, что получил свод новых указов от Азраеля.
— Да? А ты видел бумагу с печатью Бога? Поверь, ее нельзя подделать никаким способом.
— Нет, он не показывал её нам.
— Тогда почему ты не пожаловался главному администратору? Почему ты послушался этого болвана? Ты проявил осторожность и слабость — это плохие качества полицейского и совсем неприемлемые для охотника.
Ираэль увидела меня. Лёгкая улыбка проскользнула на её лице, но тут же сменилась угрюмой гримасой.
— Встань и отойди в сторону, — приказала она Самсону и, взяв молот в обе руки, по-быстрому заколотила остальных модераторов, оставив только самого Юджина.
— Генерал Юджин, — Ираэль присела на корточки перед ним, чтобы видеть его лицо, — вы признаете свою вину?
— Возможно, — ответил тот, — но я хотел сделать как лучше. Разве господин Азраель не видит, что этому миру нужны твердая рука и жестокие законы, иначе он погрязнет в пороке и разврате?
— Видит и всё понимает, поэтому и были созданы мы — карающая длань господа, которая раздаст лещей и им, — палец девушки уперся в толпу игроков, — и вам.
— Я хочу, чтобы меня судил Алекс лично, — возразил Юджин, — он мой непосредственный начальник, а не вы.
— Ваш приговор уже вынесен Азраелем лично, обсуждению и обжалованию не подлежит. Эй, ты, — Ираэль повернулась к Самсону, — закуй-ка своего шефа в кандалы сроком на 7 дней.
Она встала и обратилась к охотникам.
— Пусть земля примет его. Вы знаете, что делать.
— Охохо! — довольно усмехнулся Озрик, — наказание землей! Давно его не было.
Опричники тут же достали из инвентарей лопаты и быстро принялись копать мокрую после дождя землю.
— Они, что собираются закопать его живьем? — Лана опешила, — это же форменный беспредел!
От меня словечек нахваталась, моя школа.
— Ну, на самом деле не особо то и страшно, — ответил я, — он же не сможет задохнуться от удушья. Просто будет обездвижен на неделю. Он проснётся, когда ему надоест, считай, выйдет из игры и зайдет через неделю, кандалы исчезнут. Он спокойно выкопается, ну или ему помогут остальные.
— А если будет заходить в игру, то осознается в грязной могиле, да?
— Конечно. В этом и суть наказания. Опричники еще добрые. Темные обычно еще навозными пирогами закидывают могилку, а потом уже игрока бросают.
Ираэль подошла к нам и пожала мне руку.
— Очень рада, что вы сумели выбраться. Я уже хотела собрать ударный отряд и зачистить Чертоги самостоятельно, чтобы вытащить вас.
— Спасибо, но зенитки не позволили бы вам этого сделать, а на лодке туда не добраться, там воронки повсюду, — ответил я.
— Ирина Матвеевна, — Лана скрестила руки на груди, — один из новых законов Константина Сергеевича запрещает блокировать игроков, за это положен трёхдневный бан.
— Вот как? — гигантская тень заслонила от хрупкой девушки солнце, — законы для игроков охотников не касаются, а если ты ещё раз посмеешь мне дерзить, то быстро отправишься в места похуже, чем Чертоги боли. И Серёженька тебе не поможет, ясно?
— Понятно, — хмыкнула носом Лана и отвернулась с гордым видом.
Юджина пнули под задницу, и он рухнул в яму. Самсону вручили лопату, он стал закапывать своего недавнего начальника.
— Не забудь его выкопать потом, когда срок наказания окончится. Пока ты тут за главного, понятно? — грозно спросила у него Ираэль и тот, потупив взгляд, быстро закивал головой.
— Куда дальше двинем? — спросила меня Лана.
— Я на север, а ты с Ираэль отправляешься в Миргард, — я подошел к грифону и потрепал его по пернатой голове.
— А если я хочу с вами?
— Исключено. Это задание — личная просьба Азраеля, считай секретная миссия и доверить он может ее только мне одному.
Ираэль напряглась, я видел это её недовольному выражению лица.
— Но, Сергей Викторович, не оставляйте меня с ними, — начала наигранно нудеть Лана.
— Это твои коллеги, не переживай. Ираэль поможет тебе с обучением, или даст новых заданий.
— Не беспокойся, Сергей, я о ней позабочусь, — довольным голосом пообещала мне Ира, — будь моя воля, я бы вообще ее только под своим боком держала, как собачонку.