— Ты перегибаешь… — начала было Ксана, но Еххи было не остановить.
— Ведьмы часто прибегали к помощи воинов. Мы всегда воспитывали их из особо одаренных сновидцев. Я вижу одного прямо сейчас рядом с нами.
Это она про меня, что ли? Я чуть пивом не поперхнулся. У меня яйца вполне обычные.
— Не преувеличивай. Данила не был симбионтом. Твой отец всегда оставался человеком. Чистым. Если Сережа потеряет амулет контроля, то мы получим зверя под боком, которого вряд ли уже кто-то укротит, — запротестовала Ксана. Откуда она о нем знает вообще? — Ты хочешь сделать нашим главным воином полукровку, но он даже не принадлежит старшему ковену.
— Когда все закончится, — Еххи тяжело вздохнула и раскрыла карты, — Айра вступит в наши ряды, а Сергей будет принадлежать мне. Не имеет смысла скрывать это. Нам нужно оружие в грядущей битве, и он станет им, хочет он этого или нет.
— Вот все скрытое и стало явным. — Рута улыбнулась. — Ты нарушаешь правила, сестра. По нашим законам Сергей должен стать моим. Он был фамильяром Анники — я следующая по старшинству в нашем малом ковене.
— Поздно, — веско сказала Женя, — я не нарушаю этот закон. Айра отдаст мне его добровольно. Это не нарушает никаких правил.
— Я так и думала, — недовольно пробормотала Хома, и они с Ксаной многозначительно переглянулись.
— Хитрюга, — рыжая ведьма усмехнулась, — значит, вы будете играть в игрушку и одновременно с этим устраивать бойню Серой ложе? Занимательно. Не припомню такого в нашей истории. Я сама в игры не играла, только камешки на планшете «по три в ряд» собираю.
— Там будет полноценное рубилово, — заявил Юлик, который имел право голоса, но учтиво молчал все это время. — Я, кстати, в «Рагнареке» уже пятнадцатый уровень получил.
— Да ладно? — удивился я. — Как ты там оказался-то?
— Я сначала же в Ардению играл, а потом до меня дошли слухи про новый проект. В итоге я туда попал прямым переходом. Один из игроков описал подробно стартовую локацию, и все — я там. Даже шлем не покупал. Взломал, короче.
— Хакер ты мой. — Ксана ласково потрепала его по голове.
— Странно, что к ним так легко попасть, — засомневался я, — зачем им купол тогда?
— Чтобы никто просто так не вышел, — предположила Айра, — а вход специально приоткрыт для опытных дримеров.
— Чтобы затащить побольше сновидцев и захлопнуть ловушку. Это не игра, а паутина Сантьяго, — Еххи, закурив, выпустила колечко дыма. — И нам придется не только убить его, но и сжечь дотла всю эту паутину вместе с главным пауком.
— Александр и Ева — маги, каждый из которых обладает всеми источниками силы и осознается не один десяток лет, ну такие у нас данные о них, — напомнила Хома. — А Гриня — кровавый палач, который привык работать в реальном мире.
— Теперь я точно уверена, что это будет настоящая война, — сказала Ксана. — Сантьяго и его друзья не умеют воевать по правилам или соблюдать какие-то договоренности. Вот увидите, они начнут убивать нас в реальной жизни. При таком малом количестве фамильяров каждая свободная ведьма становится легкодоступной целью. Те из вас, кто поддерживает эту идею, должны быть готовы к смерти!
— Я тоже против этой войны, — робко сказала Лита, но свое желание выйти из ковена она так и не озвучила.
— Вам-то чего бояться? — Еххи скрестила руки на груди. — Вы белые. Вас никогда не трогают! Они всегда бьют по черным и тем, кто может дать им отпор. Смысл бить белых девочек, которые и сражаться-то не умеют? Если меня убьют, вы просто сложите лапки, выберете Хому новой королевой, и война будет закончена. Серая ложа спокойно закрепится в Москве, и вы станете друзяшками. Только потом они возьмутся и за вас всех, на этот раз уже окончательно. Вспомните Петербург! Чем все закончилось? Пять ведьм убито в первую войну. Выжившие договорились о перемирии, а потом опять три трупа. В итоге Питерский ковен скатился до уровня клубных посиделок по интересам. Нет королевы, нет общей базы. А ведь мы их предупреждали. Даже предлагали помощь, но болотные ведьмы слишком гордые и презирают нас. Данила еще тогда говорил, что мы должны наплевать на мнение их королевы и приехать разобраться с серыми на месте, но Варя остудила его пыл. Разрозненность привела нас к тому, что теперь эти подонки пробрались сюда вновь. Их надо было давить еще на берегах Невы. Неужели вы хотите, чтобы у нас повторился этот сценарий? Да, будут жертвы, да, кто-то из нас погибнет, но вы все знали об этом, когда приходили в ковен. И белые, и черные. Вас же никто не тянул, не заставлял. Или вы боитесь потерять свое тело? Да почти все из вас уже знают, что будет после смерти — главный страх всей жизни преодолен! Я не понимаю вашего упорства в этой ситуации.