— Держи рукой рану на плече, а на кисти так, царапина, — горько улыбнулся он и подошел к телу Ларисы, лежащему в дальнем углу склепа.
— Что с ней? — тихо спросил я.
— Мертва, конечно. Он перерезал ей горло и собирался вырезать глаза, судя по всему, но не успел. Мы опоздали.
Григорий перестал хрипеть, и его глаза закатились.
— Он китаец? — спросил я.
— Нет, казах. — Ведьма убрала ногу с шеи и тут же выстрелила ему прямо в лоб.
— Контрольный — это правильно, — заметил Вадим, — без него в таких делах никуда. Я соболезную, Женя.
— Ничего. Все нормально, — холодно ответила она, села рядом и положила мне голову на здоровое плечо.
На пороге склепа появились другие ведьмы, и Айра ахнула. Веста тут же сбросила с плеча сумку и стала доставать большие черные мешки и аптечку. Теперь меня начали перевязывать уже по уму, используя медикаменты. Все молчали и печально наблюдали, как Вадим стаскивает тела в склеп и пакует их в мешки.
— Как знал, — приговаривал он, — с запасом взял.
У Еххи внезапно зазвонил телефон, и она взяла его в руку. Посмотрела и криво усмехнулась.
— Долго жить будет.
— Кто это? — нахмурился Вадим.
— Сантьяго, конечно же, — зло ответила Женя, — давайте послушаем его пафосные речи вместе.
Она включила громкую связь, и мы все услышали его строгий голос.
— Госпожа Еххи, мне искренне жаль вашу сестру, однако вы должны знать, что я не отдавал этого приказа. Григорий находится вне моей юрисдикции, и я не могу ему приказывать. Это был самовольный поступок. Он всегда так поступает, когда узнает, что мы вступаем с вами в войну.
— Ничего страшного, Сантьяго, — как можно спокойнее ответила Женя, — он поплатился за свою выходку сполна. Лару уже не вернуть, но и вашего друга тоже. Мы просто разменялись пешками на этой доске, не так ли? Или он был более важной фигурой для тебя?
Сантьяго умолк. Он явно был поражен этой новостью.
— Если тебя успокоит, то умер он мучительной смертью, хотя и не так, как мне бы хотелось. Что будет теперь с твоей игрой? Молчишь? Уже думаешь, как бы помягче составить отчет для своего наставника, да?
— Ты ответишь за это. Я хочу знать, кто убил его.
— Мы с Сергеем, но какая тебе разница? Ведь рано или поздно мы доберемся и до тебя.
— Спасибо, — сухо ответил Сантьяго и положил трубку.
— Они не остановятся, — заметил Вадим, продолжая свою грязную работу. — Кстати, Сантьяго может быть прав. Вдруг он и не отдавал такого приказа?
— Это все уже не имеет никакого значения. Мы возвращаемся домой, а ты отвези тело Лары на дачу. Мы сожжем ее по нашему обычаю. Бабе Гале я позвоню и предупрежу, что вы приедете. Большое вам спасибо. А этих, — Еххи кивнула на тела сообщников Григория, — отвези Гере. Да, тому самому, кто работает в крематории. Деньги за доставленные неудобства я скину ему на счет, как обычно. Машину нужно отогнать Ивану в Кунцево. Деньги пополам.
— А самого казаха куда? — поинтересовался я.
— В лес, похороним как собаку. Чем дольше его тело будет гнить в земле, тем лучше. Кстати, Весточка, ты не хочешь вернуться к нам?
— Тот, кто покинул ковен один раз, не имеет права возвращаться в него, — напомнила та в ответ.
— Времена меняются, нам нужны новые правила, чтобы выжить в пламени этой эпохи и бесконечных войн.
— Не все твои сестры согласятся с этим утверждением, — сказала Айра.
— Тогда они сгорят в этом пламени, — тихо прошептала Женя.
Мы ехали домой. Машину вела Айра, как самая целая и невредимая, а мы с Еххи кое-как уместились на заднем сиденье. Все-таки в «бумере» этой модели сзади очень мало места. У моего дедушки в старой «Волге» и то было больше.
— Вы выжили чудом, — сказала Алена. — Григорий — это же настоящий маньяк. Ковен охотился за ним больше десяти лет. Я вообще удивлена, что вы его так просто убили.
— Не совсем просто, — не согласился я, — у меня два ножевых, у Еххи голова разбита. Чувак с ножом убил бы нас всех, если бы не один-единственный выстрел. Он был настоящий профи, но ему не повезло. Я теперь тоже буду два пистолета носить, нож и кастет.
— Это уже не имеет смысла, — ответила Женя, — больше они атаковать не будут. Игра началась не в их пользу.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Алена, посмотрев на нас в зеркало заднего вида.
— Это был неравноценный обмен фигурами. Лара никогда не была сильной ведьмой и уж тем более боевой. Мы променяли коня на туру и две пешки. Это очень хорошее начало.
— Не говори так, — воскликнула Алена, — она же была нашей сестрой!