— Она ей и осталась, но Сантьяго не станет больше посылать за нами людей в реальном мире. Григорий мог в действительности работать сам по себе — это раз, а во-вторых, все эти смерти здесь ничего не значат.
— Я как раз хотел спросить об этом, — тихо сказал я.
— Тебе интересно, кто куда отправился? — Женя печально посмотрела в окно. — Казах-инквизитор попал в Лимб и вернулся оттуда в Дрангиль. А вот Лариса сейчас пробивается через море забвения к Лимбу.
— Это еще что за локация? Она как-то связана с ее убийством в склепе?
— Да. Конечно. Обычно ведьма умирает и отправляется напрямую в Лимб, но те, кто умирает на святой земле, обязаны пройти через очищение. Этому ритуалу тысячи лет, и не христиане его придумали. Они, как это у них водится, просто исковеркали под себя местную мифологию. Вот почему ты сначала блины жрешь, а потом яички красишь. Православие — это жесткий сплав язычества и ортодоксального христианства. Ведьмы всегда старались избежать моря забвения, так как оно может сильно помешать знающему.
— Я ни разу его не видел.
— Ты же не умирал по-настоящему. Все, кто умирает на освященной земле и закапывается в ней же, сначала попадают именно в эту локацию.
— А я вот в это не верю, не факт, что христиане вообще попадают в Лимб! — возразила Алена.
— Есть и такая теория. Истоки в Библии, которую, конечно же, никто не читает, — согласилась Еххи.
— И что там? — спросил я.
— Ну вот как сейчас выглядит вся посмертная тема у христиан? Был хорошим, воцерковленным — попадешь в царство небесное, а дружил с бесами — в геенну огненную. Только все упускают одну мелкую, но важную деталь, Сережа, — Женя довольно улыбнулась, — если почитать Библию, то там сказано, что никто никуда не попадает сразу. Все мертвецы ждут Страшного суда, который состоится, когда случится второе пришествие Мессии. В итоге какой им Лимб-то? Они привязаны к этому миру и ждут. Вот почему их в землю закапывают, а не сжигают, чтобы они потом восстали из мертвых.
— И как выглядит это море? — уточнил я.
— Как огромная серая лужа в тумане. Причем местами она по колено, а местами выше макушки. Ты просто должен дойти до берега.
— Но это не так просто, — подтвердила Алена, — в море обитают многочисленные твари, похожие на рыб и пиявок одновременно.
— Миноги, только размером с хорошую щуку. — Женя посмотрела на меня. — Они присасываются к тебе и сосут твой свет. Истинный воин пройдет, уничтожив их. Праведный же просто поделится своим светом и дойдет до берега. Все остальные будут развеяны навсегда, так и не попав в Лимб.
— Дичь какая! — воскликнул я. — Это, это… У меня нет слов.
— Жестоко? Люди рождаются и умирают миллионами, Сергей. Каждый обладает сознанием. Неужели ты из тех, кто верит в бессмертную душу? Тогда бы человечество загадило своим присутствием все ближайшие миры. К счастью, этого не происходит. Происходит естественный отбор. Не все из людей заслуживают не то чтобы ада, но даже Лимба. Нам это уже не грозит.
— Ты уверена, что тебя не убьют таким же способом? — спросил я.
— Да, ты же ведь будешь со мной до конца жизни и защитишь меня.
— На твоем месте я бы не был настолько уверенным.
— Я спасла тебе жизнь, Сережа, и ты это знаешь, — веско заметила Женя и отвернулась.
Глава 10. Серебряный сокол
Я сидел на скамейке в музее и со скукой ждал Ирину, отошедшую в туалет. Мы с ней решили сходить в Эрмитаж, ведь, как оказалось, она никогда там не была. Я, если честно, тоже не часто сюда заглядывал, хотя и прожил в Петербурге достаточно долго. Ира явно задерживалась, и я полез в карман за телефоном.
— Она не вернется, и ты это знаешь, просто пока не осознал, — раздался рядом знакомый голос. Я оторопел, выронил телефон и полез за пистолетом, но Сантьяго, а это был именно он, схватил меня за руку и резко дернул на себя.
— Осознайся, Сергей! Это обычный сон! На руки посмотри.
Он прав. Сантьяго ловко выдернул меня из обычного сна. Исчезли все спрайты, музей опустел. Остались на лавочке только двое — я да мой новый враг. Я тут же направил на него пистолет, но он только криво усмехнулся.
— Я пришел поговорить. Опусти ствол. Тем более что это не совсем мое тело.
— Чего?
— Да, я здесь не совсем настоящий. Это дубль. Что ты так вылупился? Не слышал про такую технику, что ли? Я создал спрайта, забросил его в твой сон и общаюсь с тобой таким образом. Если ты меня убьешь, то мне ничего не будет. Женя не научила тебя такому? Ага, вижу, что нет.
— Чего ты хочешь? Зачем вообще сюда приперся?