— А вчера сталкеры прикрыли лавочку, — сказал я, — скорее всего, изменили настройку защиты, но как — я пока не знаю.
— Да, давай вместе посмотрим, — эльфийка подошла к светящемуся полю и прикоснулась к нему руками, — ну и наворотили тут.
Девушка аж присвистнула, и я понял, что все плохо. Ладно, надо тоже попробовать. Вдруг увижу чего-нибудь. Я застыл на месте, сосредоточился, и окружающий меня мир начал покрываться легкой салатовой сеточкой. Защитное поле было испещрено многочисленными знаками и геометрическими фигурами. И как тут разобраться? Вот текст есть, он на каком языке вообще? Селина водила пальцами по кругу, заполненному треугольниками, которые вспыхивали то зеленым, то красным светом. Сам черт ногу сломит. Я ничего не понимаю! Волшебница, видимо, осознала мою растерянность и отвернулась от магической стены. Я вернулся в обычное зрение и пожал плечами.
— Это даже сломать не получится, — печально сказала она, — все изменить может только очень сильный маг.
— И где его взять?
— А зачем я здесь, по-твоему? — Селина внезапно озлобилась, — ты слышал про такого человека — Павла Маэстро?
Я напрягся. В делах ковена про него что-то было, но что именно, я уже не помнил. Одно знаю точно — нам он дорогу не переходил, иначе, я бы его запомнил.
— Он настоящий волшебник и крутой артефактор — наверное, самый лучший сейчас в России. Одно время он даже дружил с Данилой из вашего ковена.
Отлично, приехали. Так, вот и зацепочка.
— Сколько ему лет?
— 65 вообще-то, но здесь он отыгрывает молодого гнома.
— В таком возрасте и все в игрушки играет? — удивился я.
— Он маскируется, болван ты!
Да, все эти крутые маги постоянно играют во что-то мне не до конца понятное. То они чудачат, как маленькие дети, то скрываются, так что их фиг найдешь. Очень загадочные личности, с легким налетом шизофрении.
— Ладно, и ты его внучка, что ли?
— Вообще-то дочка. Мне тридцать лет, если что.
— А ведешь себя на пятнадцать, — буркнул я.
— Это мое право, — девица недовольно шмыгнула носиком, — и он не просто мой отец, но еще и учитель. Ты вообще про нас не слышал, да?
— Просто пока еще не доводилось пересекаться. На вас у меня ничего нет.
— И не будет! — гордо ответила девушка, — мы с вашими ковенами стараемся не общаться! От ваших безумных баб одни проблемы.
— Возможно, спорить не буду. Так, что там с батей за беда случилась? Не проснулся утром, да? Был в игре?
— Я думаю, что это проделки кого-то из темных сталкеров или Серой ложи. Кто-то из них подставил моего отца и теперь хочет поймать его в этом закрытом мире, а чтобы он не убежал — перенастроил всю вашу систему защиты.
— Хорошее предположение. Значимый у тебя батя. Раз ради него целый мир заблокировали, — я присвистнул, но кошачья пасть издала жалостливое шипение.
— Чего дуешься? «Вискаса» хочешь? Нет его у меня. Камешек верни. Обещаю, что стрелять в тебя больше не буду. Надеюсь, что и ты в меня тоже.
— Лови, — я бросил девушке камень. Та ловко его поймала, повертела в руках, а потом зачем-то поцеловала. Положила его на вытянутую ладонь, и тот превратился в маленький портал. Так, это еще что такое? Я нахмурился.
— Что за карманные техники? — спросил я.
— Ты почти угадал, — Селина сунула руку в этот портал и вынула небольшой предмет, похожий на компас. Он тут же начал меняться и превратился в нечто странное.
— Вот же фигня! — воскликнула девушка.
— Неустойчив на этом уровне сна, да? — догадался я.
— Почти. Вот буквально чуть-чуть не совпало. Я думаю, что пользоваться им все-таки можно. У меня есть волосы моего отца. Так что, он покажет мне путь к нему. Все, прощай, охотник на читеров, — девушка двинулась на выход, но я положил ей руку на плечо, — что такое?
— Давай рассуждать логически, — предложил я, — ты ищешь батю, и его ищет Роман, который нужен мне. У нас с тобой есть точки соприкосновения, не находишь?
— Роман и его коллеги не будут ничего чинить в защите, пока не получат моего отца. Это тебе понятно?
— Но ведь твой папаня и сам сможет починить эту приблуду с кучей непонятных значков? Если мы найдем его первыми, пусть все исправит, и вы спокойно свалите. Согласна?
Девушка задумалась. Бросила на меня быстрый решительный взгляд и гордо отвернулась.
— Нет, я не приму твоей помощи. Я терпеть не могу ведьм — этих раскрашенных во все цвета радуги пафосных сучек.