— Но Олег как-то туда попал, значит, и я смогу.
— У него огромная практика! Он поехавший! — так, похоже, что у Жени начинается истерика.
— Значит, и я поеду. Что тут такого? У вас вообще вся семейка двинутая. Данила один чего стоит. Только скажи мне, что он не поехавший. Так что все будет хорошо.
— Обещаешь?
— Угу. Мне нужно поговорить с Кэрол.
— Зачем? — Еххи пристально посмотрела на меня.
— Данила сказал, что я переезжаю к ней. Так нам будет проще вместе искать средство для вашего спасения. Тебе также запрещено заходить в кабинет Данилы. «Беретты» я заберу позже.
— Что? — у ведьмы округлились глаза.
— Вы все на карантине. Правда, Данила предлагает использовать вас, когда вы станете заразными.
— Но как?
— Не тупи, королева. Будете ходить в рейды и заражать других ведьм. Учитель сказал, что из любого негатива нужно выделять позитив. Он у нас очень предприимчивый.
— Да неужели? — Еххи недовольно насупилась.
— Благодаря этой чуме мы разобрались с Сантьяго, вскрыли Руту, определили всех своих врагов. А еще и оружие получили. Неплохо, да?
— Но что будет, если вы не найдете противоядие, а? Что тогда будет?
— Вы умрете, — спокойно ответил я.
— Спасибо, блин! Ты умеешь подбодрить.
— Так что верь в нас.
— Чего захотел! — Женя обиделась и отвернулась, — уезжайте. Переживу и без тебя.
— Вот и хорошо, я в тебе не сомневался. Я буду приезжать к Даниле иногда. Меня-то ты не заразишь, а вот Кэрол можешь.
— Довольно слов. Я уже все сказала. Я отпускаю тебя. Уходите.
Я пошел одеваться. Ведьмам все еще плохо. Они тут, наверное, пролежат еще несколько дней, а я в это время уже должен буду путешествовать по нижним уровням.
— Все кончено? — спросил я у Кэрол, когда она вернулась в комнату.
— Да.
— Ты аж посерела вся, — заметил я.
— Никто никогда на моих глазах не убивал человека в этой реальности. Странное чувство.
— Тебе было ее жалко?
— Нет, конечно. Она же мне иглой в задницу ткнула, а как я потом выбиралась из Ледяных пустошей — это вообще отдельный рассказ. Но мне все равно не по себе. Вадим — просто робот. Для него убить живого человека — как клопа раздавить. Ты куда-то собрался?
— Да, и ты едешь со мной. Сначала заглянем в змею…тьфу, на квартиру Еххи, я соберу вещи, а потом едем к тебе.
— Зачем? — не поняла Кэрол. Наверное, ей еще не сказали, что ведьмы заразные.
— По дороге расскажу. Собирайся.
— Но сестрам нужна помощь, Сергей.
— Это приказ королевы. Не сомневайся в моих словах.
— Хорошо, — Кэрол удивилась, но отправилась в свою комнату. Я же вышел в прихожую и встретился там с Вадимом, который тащил черный мешок с Рутой.
— Помочь? — спросил я.
— Нет, сам справлюсь. Я все быстро провернул. Один выстрел, и все. Хотел в затылок, но в итоге — как и просила Еххи. В сердце.
— В Советском союзе у тебя было бы много работы, — попытался пошутить я по-черному.
— Мой дед в НКВД работал. Перестрелял немало врагов народа. Отец говорил, что человек пятьсот точно. Так что я, наверное, в него пошел, — Вадим подмигнул мне, перехватил мешок поудобнее и вышел на улице. Пошутили, называется. Я вышел за ним, помог открыть багажник «Кайена» и достал сигарету.
— Уезжаешь? — спросил Вадим.
— Да, ты скоро тоже расстанешься с Вестой. На время.
— Это еще почему? — не понял фамильяр.
— Иначе тебе конец. Ей подселили опасного заразного симбионта.
— Значит, вместе и помрем. Не собираюсь я ее бросать.
— Любишь? — с пониманием спросил я.
— Да.
— Везет тебе, — ответил я, — мне уже некого любить.
— Погоди, а как же Алена?
— Она меня бросила и перешла на сторону Сантьяго.
— И ты так спокойно говоришь об этом? — Вадим был сильно удивлен. У него аж зрачки расширились.
— Нет, я должен рыдать и жрать желтый снег от горя. Последние события хорошо прочистили мне мозг, Вадим. Мне больше никто не нужен. У меня все есть для успешного развития. Артефакты, симбионт, крутая тачка, бабки и женщины. А любовь — ебись она конем, короче.
— Брось, Серега. Выбери какую-нибудь ведьму. Да и Еххи ведь любит тебя!
— А я ее нет, и никогда не полюблю.
— Даша, Кэрол, нет?
— В этом ковене мне нельзя никого любить. Женя не даст нам покоя.
— Брось. Ты просто погряз в человеческих обычаях. Одна баба — один мужик. Это устаревшая схема, которая скоро вымрет окончательно.
— Почему ты так думаешь?