— Не смейте преследовать нас! — грозно заявила Кэрол, взмахивая волшебной палочкой. Ну, так нечестно! Пока я перезаряжаюсь, эта ведьма ее иссушит очередной молнией. Тоже, что ли, себе такую сделать.
— Не надо! — закричала девушка, и Кэрол, к моему удивлению, опустила свое страшное оружие.
— Я все передам боссу, я все поняла. Извините! Пожалуйста, — быстро протараторила дитя Харона.
— Вон отсюда! — крикнул я и навел на нее заряженный пистолет.
Девушка ойкнула и исчезла. Проснулась?
— Какого черта они все лезут и лезут? — спросил я у Кэрол, когда мы продолжили свой путь.
— Надеются взять скопом, плюс чувство мщения. У дримеров так часто. За мной лет так пять назад один маньяк около недели бегал. Каждую ночь я его избивала и пугала, а он приходил снова. Многие люди не понимают с первого раза. Приходится объяснять силой.
— Это точно. Просто я думал, что дримеры поумнее, что ли?
— Глупо так думать, Сергей. Большинство из них обычные люди, которые не понимают ценности своих возможностей и никак их не развивают.
— Даже так?
— Да. Все происходящее во снах кажется им веселой игрой, прикольным путешествием, источником вдохновения, возможностью самоутвердиться. Но у таких людей нет никакого роста. Ты можешь осознаваться хоть тридцать лет каждую ночь, но если все, что ты делаешь — это секс со спрайтами и беготня в песочнице, то вряд ли это можно назвать крутым опытом.
— Я так понимаю, что в этом отчасти замешаны современные школы дримеров, которые отрицают эзотерические подходы и подают осознанные сновидения как простую игрушку для мозга. Не так ли?
— Конечно, — улыбнулась Кэрол, — но это до поры до времени. До очередной большой игры. Тогда снова произойдет великий отсев, и часть дримеров потеряет возможность осознаваться надолго, если не навсегда.
— Вот Еххи мне про такое не рассказывала, — заметил я, — ты же сейчас про игры в пирамидах говоришь, да? Те самые, которые были в конце 90-х годов?
— Да, тогда были пирамиды, в этот раз придумают что-нибудь новое.
— Кто вообще организует их, ты знаешь?
— Спящие Боги Лимба, кто же еще. Серая ложа, между прочим, тоже пробовала, но у них очень скромно все получилось.
— А ты их видела? Ну богов этих?
— Нет. И я не знаю ни одного дримера, кто встречался бы с ними вживую.
— А зачем серые лезут в это дело? — спросил я.
— Они исследуют людей в отдельно созданных локациях. Проверяют их поведение. В основном, заталкивают туда случайных неосознанных людей и ставят всякие эксперименты. Например, внушают всем, что свергнуто правительство, и наблюдают за реакцией. Я один раз сама побывала в такой штуке.
— И тебя не засекли?
— Нет, конечно. Я замаскировалась. У серых же тоже не одни Сантьяги работают. Там полно болванов, как и в отделе «М». Большая организация, крутаны стоят только на самых ответственных постах. Кстати, хотела спросить тебя про Сашу.
— Да?
— Ты узнал у него, что случилось с Аленой?
— Нет. Он молчал как партизан. Нет, как два партизана. Даже когда я ему выколол левый глаз и пробил ноги Клыком Гаки.
— О боги! Сережа, да ты изверг!
— Это, я так понимаю, похвала, да? — усмехнулся я.
— Конечно, — Кэрол рассмеялась. — Значит, Алена тебя бросила? Прислала письмо, в котором все объяснила. Ты уверен, что она не писала его под диктовку?
— Ну такое сложно было написать по чужой воле. Меня смущает, что она избегает личного разговора.
— А что он даст? Тебе станет только хуже.
Да, тут Кэрол права. Если я встречу Алену, а это обязательно случится в будущем, то для меня это станет очередным испытанием. И вряд ли она окажется моим другом. Скорее, наоборот. Она — мой враг и постарается меня убить. Радует, что теперь серые еще десять раз подумают, стоит ли им нападать на нас, зная о существовании Данилы. Постерегутся. Старик уберкрут даже после собственной смерти, но я так понимаю, особо никуда из своей квартиры он выходить не собирается. Есть какой-то секрет, почему он сидит так безвылазно, и я думаю, что тут замешаны агенты. Очень уж Данила не хочет перед ними палиться. Спрашивать его самого об этом бесполезно. Он всегда уклоняется от ответа и моментально переводит тему разговора. Прямо как Еххи. Я же прекрасно понимаю, что они показывают мне только одну сторону пути. По их словам выходит, что ведьмы — это клево, и ковен должен править Москвой. Но ведь попади я не к ним, а к серым, мне бы там пели совершенно иное. Никогда нельзя терять критичность мышления, даже если ты уже стоишь на чьей-то стороне.