— Может быть, поговорим? — спросил я, понимая всю глупость этого вопроса, но иначе я поступить не мог.
— Ты ранил моего друга вчера вечером, ведьмак! — воскликнул Владимир.
— Но не убил же, хотя и мог, — как можно спокойнее ответил я, — ты же знаешь правила. Моя смерть уже ничего не изменит. Этой же ночью я приду в твой сон и иссушу тебя окончательно, и неважно — жив я буду или мертв.
— Это если ты пройдешь через Море забвения, — нервно бросил Вова, но пистолет в его руке дрогнул.
— Я там уже бывал, и не один раз, плюс мне помогут артефакты. А вот ты до него даже не дойдешь, — я слегка прищурился, потому что солнце било мне прямо в глаза. Неудачная позиция, конечно…
Пистолет в руках Вовы вильнул и уставился на девушку рядом со мной. Да, по пьяни этот дебил может и выстрелить. Но в кого — вот вопрос.
— Иза, почему ты выбрала его, а? — повысив голос, Вова непонимающе уставился на мою спутницу, — почему ты предала наше братство? Зачем ты сделала настолько сильные татуировки нашему врагу?
— Откуда ты знаешь? — удивилась Изольда.
— Мне сказали. Не всем в твоем окружении нравится то, что ты делаешь! — рявкнул парень.
— Миша, да? А кто же еще! Это он из ревности, да? — возмущенно крикнула Изольда.
— Да, он! А ведь я любил тебя!
— О, Боги Лимба… — произнес я, — какие же вы все, блядь, нежные и романтичные. Я просто тащусь с вас.
— Заткнись, мудила! С тобой вообще никто не разговаривает! Изольда, что ты в нем нашла? Он же ведьмак!
— Он сильный и может пригодиться нам, если ты еще не понял, идиот! — не выдержала девушка, — я показала ему то, что видел Роман!
— И что с того? Как ты поняла его силу? После прыжков на его члене, что ли? — курок автоматического пистолета уже был взведен, и я чувствовал дикое напряжение, буквально висящее в воздухе.
— Это он убил Романа, если ты не знаешь!
— Что?! — теперь пистолет снова уперся в меня, — это правда, урод?
— Вообще-то, девушки находят меня вполне симпатичным, — нагло улыбнулся я. Внутри даже ничего не вздрогнуло. Мне было совершенно плевать, нажмет этот дебил на крючок или нет. Абсолютная чистота сознания, полная остановка внутреннего диалога. Я ни о чем не думал, не прикидывал вариантов. Я просто буду действовать, если он дернется. Мир вокруг стал чрезвычайно ярким и четким, я услышал, как влажные от напряжения пальцы Владимира буквально хлюпают по пластмассовой накладке рукояти пистолета. Я осознался в реальности! Я чувствовал все, что происходило вокруг. Запах страха человека, стоящего напротив меня, был просто невыносим, — и поэтому Вова опасен. Он неосознан. Он себя не контролирует. Алкоголь затмил его чувства, придал ему лихой и столь обманчивой ложной храбрости. Я буквально по шагам видел всё, что будет дальше.
— И несмотря на это, ты раздвинула перед ним ноги! Ну и шлюха же ты, Иза! — пистолет резко дернулся в сторону девушки. Я тут же рванул ее к себе. Хруст механизма, глухой выстрел. Я опустил руку — и нож нырнул в нее, будто давно этого жаждал. Щелчок! Я метнул нож снизу и тут же подхватил падающую на землю Изольду. Девушка вскрикнула: пуля прошла мимо, но попала в дверь подъезда и со звоном отрикошетила, зацепив левое предплечье моей спутницы. Нож с узким, заточенным до состояния бритвы, лезвием, вошел мужчине в незащищенное горло по самую рукоятку. Владимир захрипел и выстрелил еще раз, но уже себе под ноги. Я слышал, как хлопают двери «Логана», слышал топот бегущих ног. На меня набросился парень с гвоздодером, но я перехватил его оружие, вывернул из рук, а затем огрел его самого по спине. Кто-то из сталкеров хотел прийти на помощь своему лидеру, но ими уже занялсись Вадим и его ребята. Они принялись жестко охаживать битами мужиков в черных куртках. Я отшвырнул гвоздодер в сторону и повернулся к сползающей по стене Изольде. Девушка схватилась за руку и морщилась от боли.
— Сквозное? — спросил я.
— Нет. Застряла, скорее всего. Только одна дырка в куртке, — ответила она.
— В машину, бегом, — скомандовал я, вздергивая ее на ноги, — там на заднем сиденье есть аптечка.
Дважды повторять не пришлось. Я перевел взгляд на Владимира. Он умудрился вытащить нож из раны, при этом сильно разрезав себе горло. Идиот гребаный, кровищи-то сколько. Еще и алкоголь. Дебил…