Антон молча посмотрел на меня. Кажется, у него в сознании что-то щелкнуло.
— Ты вообще осознаешься? — продолжил я. — Самостоятельно? Пробовал изучать это место с точки зрения дримера, а не шамана? Нет? По глазам вижу. Меня вот учили все подвергать сомнению, а только потом проверять. И знаешь, мне помогает. Во снах же порой с такими крокозябрами встречаешься, что трусами не отмашешься, и если голова забита всякой дрянью, то никогда ты их не одолеешь. Холодный расчет да прагматичный подход сильно помогают бороться со своими страхами во снах.
— Ты должен уйти. Просто пройди через ворота и не парь мне голову, хорошо? — попросил Антон. — Я позвоню Даше и скажу, чтобы она тебя больше не рекомендовала. И сам ко мне не приезжай. Договорились? Я помог тебе как мог, но, видят духи, ты неисправим. Получил ли ты хоть капельку мудрости?
— Где? — не понял я. — Как?
Шаман разочарованно махнул рукой, встал, превратился в огромного ворона и улетел в небо. Я проводил его взглядом, а потом подошел к воротам.
— Со своим уставом в чужой монастырь не ходят, — сказал я Рагни и вошел внутрь.
Глава 23. Чужие пространства
Ощущал я себя полным идиотом. Данила все-таки умудрился скрестить мой пофигизм с критиканством и цинизмом. В итоге я перестал чего-либо бояться или удивляться новому. Это, конечно, хорошие навыки, но с шаманами как-то коряво все вышло. Будь я более заинтересованным в этом вопросе, то, возможно, и смог бы вынести для себя хоть что-нибудь полезное из этого путешествия. Все-таки не каждый день тебя погружает и провожает шаман. Многие тратят огромные бабки или кучу времени, чтобы прикоснуться к сокровенным знаниям предков, а я вот налажал. Конечно, я мог винить и самого Антона за то, что он мне ничего толком не объяснил, но я не любил перекладывать вину на других людей. Сам виноват, сам прохлопал. Сам не осознал, сам не понял. Да и черт с ним. Шаманы — крутые ребята, это и дураку понятно. Уверен, что у них куча всяких ништяков в запасе имеется, но просто я из другой оперы. Думаю, что если бы мне показали тайные рукописи всяких оккультистов, я бы тоже ни хрена не понял. В каждой избушке свои игрушки. Зачем меня вообще начали испытывать? Тоже думали сотрудничество предложить? Ха. Из меня бы отличный шаман получился, наверное, но уже поздно. Раньше надо было дергаться и изучать эту тему.
Я посмотрел на белое море с квадратной площадки каменного маяка, покрашенного известью. Седой Отшельник не обманул. Его координаты оказались точными. Птичьи врата перенесли меня прямо на верхушку маяка, с которой я спрыгнул на площадку для костра, и я с удивлением обнаружил, что у меня заболели ноги. Высота-то то всего метра три. С чего бы это? Я сразу понял, что это место в действительности необычное. Здесь мое тело выглядело так же как в реальности, а не как в осознанном сне, где ты видишь себя частями — то руки, то ноги. Здесь я — это я, и это не может не настораживать. Мир, в котором сон и реальность одно и то же? Это как вообще? Ответа я не знал, но мне все предстояло выяснить самостоятельно. Я спустился по каменной лестнице вниз и встретил первого аборигена. Им оказался хрупкий старичок в потрепанной серой тунике. Ростом он был мне по грудь, в седой короткой бороде запутались разноцветные ракушки, на ногах кожаные полуистлевшие сандалии. На лысой голове покоился венок из белых веточек. Кожа была темного, почти фиолетового цвета, как у перезревшего баклажана. Индус, что ли?
— День добрый! — сказал я ему, и старика аж затрясло. Его глаза выпучились, он широко открыл рот, но не мог найти слов. Значит, он меня все-таки может видеть!
— Хорошая погодка, да? — спросил я.
— Ты кто? — пролепетал он, дрожа как осенний лист на ветру. — Тебя послали Анкуши, да? Карающая длань великой Кибелы?
— Окстись, дедуля, — попытался я его успокоить, — ты смотритель этого маяка? Поддерживаешь огонь?
— Да, уже вот как сорок лет. Но как ты здесь очутился? Ты пришел из пламени, что указывает путь кораблям?
— Почти, — усмехнулся я, — слушай, у меня не так много времени, как хотелось бы. Ты можешь подсказать, где у вас тут портал в Железный мир?
— О, Анкуши! — воскликнул дед. — Ты точно посланец из другого мира. Высокие белые люди иногда приходят сюда, но очень редко!
Это он про Данилу, наверное, или кого-нибудь еще. Не мы одни сюда ходим.
— Последний раз около тридцати зим назад!
— Нормально так, — согласился я, — и куда они деваются?
— Уходят. Исчезают ночью. Бледные тени. — В глазах деда проскользнул какой-то нездоровый блеск. — Ты, наверное, голоден? Пойдем, я накормлю тебя! У меня есть вкусная похлебка из водорослей и крабов! Пальчики обглодаешь!