— Спасибо, дедуля, но я пока не голоден, — ответил я, заподозрив неладное. С чего бы это радушие такое, а? Это как если бы я в деревне под Сызранью встретил живого негра и сразу стал бы его угощать всем подряд. А вдруг он шпион? Что-что, а терять бдительность в чужом мире нельзя.
— Тогда, может быть, пальмового вина? Оно гадостное, но пить можно, — тут же предложил дед.
— Нет, спасибо. Так ты знаешь, где находится портал или нет?
Наверное, это прозвучало грубовато, потому что аборигена чуть инфаркт не схватил. Он тяжело задышал, а его лоб покрылся крупными каплями пота.
— Не убивайте меня, пожалуйста, — затараторил он, — я ни в чем не виноват, я обычный смотритель маяка. Иждивенец. Сыновья в Артоге рыбачат, обо мне даже не вспоминают.
Так, похоже, что белых людей здесь боятся похлеще демонов, хотя кто знает, может быть, для местных это вообще понятия — синонимы. Высокие, белокожие, вооруженные артефактами из других миров, воспринимающие этот мир как отдельный уровень сна. Убивающие направо и налево. Небось принимают этих аборигенов за спрайтов и крошат в капусту. От этой мысли мне как-то даже подурнело. Я сам чуть потом не покрылся, но смог удержаться от лишних эмоций. Да уж, просто так отсюда не выбьет. Захочешь проснуться — черта с два получится.
— Я не собираюсь тебя убивать. Просто скажи мне, что ты знаешь о портале.
— Через него приходят великие собиратели плоти и душ.
— Пауки, что ли?
Дед упал на колени и заплакал. Ну и как с ним общаться?
— Что ты еще знаешь?
— Портал находится на севере, в Мертвой лощине, но путь туда закрыт. Только Драмира Неспящая — черная ведьма — знает, как туда попасть. Она служит Анкуши и Барлесу. Сам Гад дает ей силу.
— Ну и имена, думаешь, что я их запомню? Хотя с Гадом проблем не будет.
— Я не виноват!
— Верю, — ответил я, — черная ведьма, говоришь. Это интересно. Знаком я с целой пачкой подобных, но в своем мире. Как ее найти?
— Ты это чего? — ахнул старик и встал с колен. Мысли в его голове смешались. Он явно не ожидал услышать от меня такого ответа, но быстро спохватился.
— Пойдем, пойдем, я покажу. Она будет очень рада тебя видеть!
Ага, два раза. Старичок необычный. Вот не люблю, когда меня пытаются обмануть. Я же фальшь чую прямо на слух. Нет, убивать деда не стоит, а вот допросить, видимо, придется. Я широко улыбнулся, и смотритель заподозрил неладное. Он тут же развернулся и бросился бежать, аж пятки засверкали.
— Рагни, за ним! — воскликнул я, и почувствовал, как у меня под ногами зашаталась земля. Меня вырвало какой-то черной слизью, и я закашлял.
— Не могу, — ответил волк, — сейчас не могу. Опять что-то мешает. Думаю, что это связано как-то с местным солнцем. Его лучи прямо жгучие, ты не чувствуешь?
— Нет, — перевел взгляд на небо. Ага. Солнце здесь очень интересное — оно, скорее, похоже на светящийся Сатурн, тоже с кольцами. А может быть, это черная дыра у них тут повисла? Вряд ли, хотя мои познания о космосе не так велики, как хотелось бы.
— Значит, разделиться попробуем ночью? — спросил я.
— Да, а дед шустрый. Ты его видишь?
— Нет, — я осмотрелся, но проворного старика и след простыл. Нужно поглядеть, что у него в маяке творится, вдруг там есть подсказки какие-нибудь?
Я открыл незапертую дверь, сделанную из соломы и досок, и вошел внутрь. Да, ну и свалку тут дед устроил. Бомжатник какой-то. Все завалено объедками и кучами дров, которые он подбрасывает в костер маяка. Я не собирался ничего воровать, чай не в «Скайриме», да и какой мне прок от соленой рыбы, копченых каракатиц и парочки пожухлых фруктов. Есть мне и правда не хотелось, но одну рыбину я все-таки на всякий случай прихватил. На столе стоял и кувшин с вином. Я понюхал его, сделал один глоток — ну и соленая гадость! Как они это пьют? Интересно, мне в этом мире вообще нужно это все? Еда, туалет там. Что-то мне подсказывает, что вполне возможно. Слишком уж тут все реальное. Видимо, мне все-таки придется запастись чем-нибудь. На стене висела небольшая карта, на которую кто-то весьма коряво нанес целую кучу островов. Я, выходит, оказался на архипелаге. Вот же дрянь! Ненавижу плавать, и на лодке я не плавал ни разу в жизни — только во снах. Интересно, как все это наложится.
— Чувствуешь, как стирается грань сна и реальности, да? — заметил Рагни.
— Угу. Я впервые в таком месте. Обычно сны более зыбкие, что ли. Или яркие, но в них всегда понятно, что ты находишься во сне, но здесь все иначе. Все слишком настоящее.