— Аналогично, — согласился волк.
— Сложи оружие! — крикнула ведьма, но я уже нажал на спусковой крючок, целя прямо в нее. Однако пуля не достигла своей цели. Какой-то паук прыгнул вперед Драмиры и прикрыл ее своим брюхом. А затем на меня бросились все. Я создал защитный купол, который спас меня от десятка стрел, а сам открыл огонь с обоих стволов. Пули косили врагов направо и налево. Пауки теряли лапы, но продолжали прыгать на мой щит. Люди падали на землю, обливаясь кровью.
— Следи за светом! — напомнил Рагни, и он был прав. Пистолеты жрали мой свет только в путь. Я посмотрел на полупрозрачные руки и достал маленький эфирный кристалл. Вовремя. Чертовы пауки навалились на щит и почти промяли его своими телами. Новая порция света позволила мне восстановить плотность купола и сбросить назойливых тварей. От яркой вспышки они разлетелись во все стороны, а я начал расстреливать их прямо в полете. Да, так долго я не продержусь. Я даже половину еще не перещелкал, а мне ведь нужен свет для перехода в железный мир!
Но тут исход боя кардинально изменился. Яростный ураган из светящихся лезвий обрушился прямо в тыл моим противникам, и атака захлебнулась. Конечно, это был Эльдагар. Я тут же опустил пистолеты и решил тратить свет только на поддержку силового поля.
Древний дану даже не выходил из состояния невидимости, и заметить его можно было только по стремительно сверкающим клинкам, которыми он кромсал всех направо и налево. Я получил небольшую передышку и смог тяжело вздохнуть. Вся поляна обагрилась кровью и стала заполняться искусно порублеными телами. Эльдагар не щадил никого — ни воинов в медных доспехах, ни зловещих пауков. И даже ездовые куры были ликвидированы. Протодану лихо сносил им головы и разрубал пополам. Казалось, что для его сабель нет никаких преград.
— Убейте его! — завопила в исступлении ведьма, и отряд начал перегруппировываться. От меня отстали.
Эльдагар стал видимым и набросился на летучую мышь. Парой ударов он отсек ей крылья, а затем воткнул клинок ей прямо в затылок. Фонтан крови ударил в небо, а древний уже принялся крошить пауков. Их клыки не могли прокусить его эпическую броню. Стрелы отскакивали от черно-белой чешуи, а копья ломались о стальные мышцы. Я понял, что это не сражение, а самая настоящая бойня. У моих противников не было ни единого шанса. Вот кто настоящий демон, а не я. Он убивал легко и непринужденно. Весело и звонко смеясь, сеял смерть и хаос. И ему было все равно, кто стоит перед ним и сколько их. Даже если бы против него вышла еще пара сотен пауков, он бы уничтожил их всех. Не пощадил бы никого.
Из леса появилась еще с два десятка арахнидов, но размером уже побольше. Их передние лапы заканчивались острыми крючьями, но для Эльдагара и это не было проблемой. Он активно прорубался сквозь редеющие ряды противников к ведьме, которая создала водяной щит вокруг себя. На меня уже вообще никто не обращал внимания, поэтому я убрал купол и полез за сигаретой. Все, что мне оставалось — это только дождаться кровавой развязки, и она обещала скоро быть.
— Исчезни, демон! — кричала ведьма, махая какими-то амулетами и пытаясь то ли проклясть Эльдагара, то ли создать воду в его легких, но древний с легкостью прошел сквозь преграду, которая снесла бы обычного человека с ног, и его клинок вошел Драмире в живот. Женщина ахнула, а ее оставшиеся в живых приспешники бросились врассыпную. Они не могли поверить в то, что их великую ведьму, посланницу богов, только что убили как обычного человека.
— Я не демон, женщина, — ответил Эльдагар, — я великий дану, а ты всего лишь никчемная грязная дрянь.
Ярко блеснул клинок, и голова ведьмы исчезла в высокой траве. Бой был окончен. Почти вся площадка была усеяна телами мертвых и раненых. Дану был просто с ног до головы в крови и гемолимфе. Доспех активно впитывал их, и от древнего шел пар. Эльф направился ко мне, по пути добивая тех, кому не повезло чудом остаться в живых.
— Как видишь, оборотень, — сказал он, когда оказался рядом, — мирные решения проблем часто приводят к противоположным результатам. Если бы ты убил ведьму там, в доме, то смог бы избежать этой резни. Твоя мягкотелость сыграла с тобой злую шутку. Десятки жен и детей не дождутся своих мужей и отцов этой ночью. А ведь все могло быть иначе. Будешь укорять себя за это?
— Нет, — ответил я, — что случилось, то случилось, но ты прав. Я сделал ошибку.
— Ну ты хотя бы развлек меня. Смерть Драмиры дала бы тебе больше времени, и ты успел бы оказаться за этими воротами. Подумай об этом. Прими к сведению на будущее.