— Удивительный зверь, — заключил волк и принялся рассматривать плакаты с разных тату-конвенций.
Я помешивал кофе и листал журнал с кучей мотоциклов. Данила советовал мне прикупить один для профилактики внутреннего диалога. Теперь эта идея не казалась мне такой уж и дурацкой. Только какой выбрать? На спортивном я точно убьюсь, тяжелые туристы тоже не мой выбор. Нужен городской, красивый, блестящий и мощный аппарат. Да, так называемый класс «павер-крузеров». Не чопперы, но и не неповоротливые жирные тягачи, а бодрые, хромированные пушки. Денег у меня теперь много, а, значит, можно выбрать нормальный аппарат, хоть новый из салона, но я этого делать не буду. Аукционы тоже не вариант — замучаешься ждать и приедет ржавая кривая хреновина, потому что гадать по фоткам о состоянии мотоцикла — это прямо как на кофейной гуще. Надо пошерстить потом сайты с объявлениями. Правда с маркой я не определился, но мысль уже засела в голове, а это значит, что мотоциклу быть рано или поздно. Не в этом году, так в следующем точно. Если я, конечно, вообще доживу до него.
Тихонько скрипнула дверь в комнату Изольды, и на пороге появился тучный бородатый мужик в жилете с нашивками неизвестного мне мотоклуба. Байкер. Вот и пазл сложился. Это точно знак. Сначала журнал про мотоциклы, потом мое решение, а вот и живое подтверждение вылезло. Мужик прошел мимо меня и стал переобуваться в прихожей. Я же встал и пошел к Изольде.
Девушка уже наводила порядок в кабинете — ставила краски по местам и собирала лишний мусор в корзину под столом.
— Привет, — я сел на стульчик, — как дела? Мне показалось, или ты чем-то расстроена?
— Один момент, — Изольда уже снимала перчатки, а затем без слов села мне на колени, — да, я волновалась, думая о тебе.
— Не стоит, я жив и здоров, — я обнял ее за талию и притянул к себе, — Я чувствую, что переживаешь ты не только из-за меня. Что с Романом?
— Что-то очень странное. Его сегодня видел один из наших ребят, и спрайт вел себя совсем иначе. Слишком активно жестикулировал, а потом сам пошел мочить демонов. Дальше вообще случилось нечто странное.
— Он стал агрессивным?
— Да, он развернулся и ударил Никиту со всей силы, а потом погнался за ним, создавая клонов.
— Тени. А разве спрайт умеет делать такие вещи? — спросил я, целуя девушку в губы, и запуская руки ей под футболку.
— В том-то и дело, что не должен. Он был обычным спрайтом, даже не сильно продуманным! Его никто не учил бегать по теням, создавать дублей, летать и кидаться молниями. Понимаешь?
— Да. Согласен, но что же с ним произошло?
— Это нам и предстоит выяснить. Сегодня ночью я предлагаю собрать ударный отряд и поймать его.
— А если он будет сопротивляться?
— Тогда мы его уничтожим, — решительно ответила Изольда и поцеловала меня в губы.
— Вторая группа, прием. Вы где? У метро? Возвращайтесь к нам! Мы в переулках у площади. Ждем! — Изольда ткнула на кнопочку на гарнитуре и повернулась ко мне, — подкрепление скоро прибудет.
— Да все нормально, — я выглянул из-за угла дома и заметил трех огромных демонов кромсающих раскаленными топорами горящий танк.
В этот раз сон Романа оказался каким-то совсем адовым. Не успели мы попасть в него, как на нас тут же налетела целая стая адских гончих. Наш маленький, но гордый отряд из пяти человек, включая Изольду и Эдуарда принял этот неравный бой. Рогатых псин было настолько много, что мы истребили всего лишь около трети этих тварей, но тут появились гигантские жлобы с топорами, и нам пришлось отступить. Мы бежали по проспекту и отстреливались на ходу. Рагни схлестнулся сразу с тремя гончими, и от них только клочья полетели. Но паре наших сотоварищей все-таки не повезло. Одного догнали и буквально сожрали гончие, а второй не успел уклониться от летящего в него пылающего топора. Ребята кричали от боли, а потом просыпались. Может быть, они к нам еще присоединятся. Изольда же повела нас к переулкам, потому что тут находился союзный танк. Здоровенный, обвешанный бронеплитами и с двумя пушками, он повернул башню на наших преследователей и открыл огонь. Мощные двенадцатимиллиметровые пулеметы разрывали гончих на части, но против адских мясников они ничего не смогли сделать. Демоны, ревя, отмахивались от пуль топорами, как от назойливых насекомых.
— Да почему же он не стреляет из пушек?! — воскликнул я, прячась за угол дома.
— Не знаю! Может быть, у него не прописана стрельба из них в сценарии? — ответила Изольда.
— Или снаряды кончились, — пожал плечам Эдуард.