На шкуре я заметила металлическую подставку для вина с запотевшей бутылкой, блюдо с фруктами и конфетами. Романтический вечер? Или он заставит меня есть это из миски?
Видимо, эти опасения промелькнули на моем лице.
- Не бойся. - Дима обнял меня за плечи. - Садись.
Стараясь не выдать волнения, я опустилась на мягкую шкуру, вытянув ноги. Я не должна желать никакой близости с этим... этим... Кем? Почему я так яростно отрицаю тот факт, что он вытащил меня из неприятностей?..
Молча наблюдала, как он откупорил бутылку незнакомого мне вина и разлил по бокалам.
- Коллекционное бордо 1920 года, - гордо провозгласил при этом. - У меня небольшая коллекция в погребе.
Скоро я увижу ее воочию. Но совсем при иных обстоятельствах…
Я пригубила терпкий напиток. Его вкус моментально разлился букетом по небу. Редко я пробовала что-либо подобное.
- Теперь я хочу услышать твои вопросы, - протянув мне конфету, которую я с легкостью приняла губами, посерьезнел Дима. - Итак, Юля. Помни, откровенность - главное. Что тебя пугает?
- Ничего, - ухватившись за его человечность, как за соломинку, беспечно произнесла я. - Просто я не буду стоять перед тобой на коленях.
- Я услышал. Травма или протест психологического характера?
У меня не было желания посвящать его в подробности моей анатомии.
- Это унизительно. Я не буду.
- Мое мнение - это просто удобно. И это, можно сказать, основы. Я спросил - что пугает. В остальном - ты знала, на что шла. Придется выбираться из зоны комфорта.
- Почему я должна быть все время голой?
- С этим проблемы? Ты стесняешься своего красивого тела?
- Нет...
- О чем мы тогда говорим? Ответ - я так хочу. Не понимаю. Физические наказания тебя не пугают, и эротические элементы вызывают панику.
- И не заставляй называть тебя Господином. Мне уже лично сейчас хочется заржать.
- Не советую. - На миг лед его взгляда понизил градус вина в бокале. - Сегодня можешь не называть. Стресс, и ты устала. Завтра - будь добра. Можешь прорепетировать перед зеркалом. Взгляд в пол - тоже.
- Ты конкретный псих...
- Больше вопросов нет?
Я замолчала. Его холодный тон отбил охоту продолжать.
- За нас, - скользнув своим бокалам по моему, сказал Дима. - Сегодня ты мне не будешь отказывать.
- Не буду, - не заметив приказного тона, вроде как ответила на вопрос я. Он отставил пустые бокалы в сторону, и наши губы встретились. То ли от вина, то ли от стресса, то ли от уверенности в собственных силах у меня все поплыло перед глазами в сладком экстазе.
... Я не помню, сколько я выпила сладковатого коллекционного вина и сколько продержала марку стервы, прежде чем оказаться в его властных объятиях. В эту ночь он был необыкновенно нежным. Я задыхалась от его чувственных поцелуев каждого кусочка моей кожи, я не могла и не хотела контролировать себя. Ощутив его горячий язык между своих ножек я просто закричала от переполняющего восторга. Сдерживаться не было сил. Его слова достигали моих ушей словно сквозь вату.
- Моя девочка любит, когда я ее ласкаю? Тогда запомни это ощущение. Запомни прямо сейчас...
Я, конечно же, не поняла, к чему были эти слова. Скорее всего – в контексте воспоминания при неизбежном расставании. Сейчас я плохо соображала. После пятого оргазма я просто вырубилась.
Но он оказался прав... Этого я не смогла забыть очень долго.
... Приятная истома разливалась по телу. Шевелиться не хотелось абсолютно. Явно уже было утро – несмотря на полумрак от тяжелых штор я слышала пение птиц за окном, шум льющейся воды в душевой и запах изумительного свежезаваренного кофе. Что ж, все не так уж плохо, как казалось еще вчера... И этой ночью Димка был просто бог. Пожалуй, стоит тут задержаться. И надо непременно вырваться к морю. Прямо сейчас позавтракаю и скажу ему об этом. Какой к черту контракт и нормы поведения. Все эти 60 оттенков дурости - полный бред. После вчера он их и не захочет. В цепях я не буду такой страстной и отзывчивой. Хочет бревно в постели - пусть рискнет.
Я сладко потянулась на постели и... чуть не заскулила от резкой боли в запястьях. Дыхание на миг остановилось. Недоумевая, резко дернула руки, чтобы осмотреть кисти... Они не поддались, словно что-то держало их. Движение отозвалось новой вспышкой боли. Я попыталась встать, и тут же упала обратно на спину. Что происходит?! Резко рванулась всем телом и тут же просто закричала от нешуточной боли. Руки были зафиксированы!
- Дима! Дима, твою мать!!! Быстро иди сюда!!!
Паника нарастала. Стараясь не обращать внимания на боль, я дергала руками, пытаясь освободиться – безуспешно. Паника, страх, непонятное чувство опасности лишили возможности связно думать. К тому же я следом ощутила, что шея чем-то сжата и это затрудняет участившееся от отчаяния дыхание. Я выгнула спину, запрокинула голову и в первый момент не поверила своим глазам. Запястья были скованы блестящими металлическими наручниками. Их тонкая цепь с какими-то подвесками – трудно было рассмотреть, - была продета сквозь ажурное плетение спинки кровати.