«Около 1% населения планеты являются асексуалами».
«Многие асексуалы вступают в половую связь под давлением общества».
«Асексуальность и целибат — это не одно и то же».
«Исаак Ньютон и Никола Тесла были асексуалами. Разве это не доказывает, что жизнь без секса тоже может быть интересной и значимой?»
«В интервью Metro World News дизайнер Карл Лагерфельд говорил: «Честно говоря, эта тема меня не интересует. Мне кажется, сексу уделяется слишком много внимания. Прежде всего, я ценю свободу. Вступить в отношения не такая уж и большая проблема. Просто это не мое».
«Асексуальность — это нормально. Ее не нужно лечить».
В гостиную заходит мама, и я машинально прижимаю экран телефона к груди. Но она на меня даже не смотрит. Она плечом прижимает телефон к уху и листает толстенную энциклопедию по истории искусств. Мама зашла в мою комнату и взяла книгу без моего спроса. Снова.
— Да лежит на диване, — говорит мама невидимому собеседнику и косится на меня. — Какая учеба? Опять в своем телефоне. Я не знаю, куда катится эта молодежь. В наше время такого беспредела не было. Да чтобы я когда-то огрызалась или перечила своей матери?
И тут она осекается. Только сейчас мама осознает, что шагнула на запретную территорию. Сама не заметила, как затронула тему, на которую не говорят в этом доме. Мыгыкая в трубку, она садится в кресло и смахивает слезу. Старается сделать все незаметно, но я-то вижу.
— Ну, злая как черт. Я уже боюсь ей и слово сказать, — говорит мама в трубку, и я впиваюсь острыми ногтями в силиконовый чехол телефона.
Люди всегда говорят: ой, ты стала такой злюкой. С тобой же невозможно разговаривать. А раньше ты такой не была. Кто тебя укусил? Вместо того, чтобы спросить: а как ты себя чувствуешь? Что тебя тревожит? И чем я могу помочь?
Хотя, какой смысл в этих вопросах, если на любой ответ ты все равно получишь: «Да, не выдумывай, все нормально у тебя». Всегда есть те, кому хуже, чем мне. Но значит ли это, что я не имею права на свои чувства?
— Ну, пока, — говорит мама, отключает телефон и поворачивается ко мне: — Звонила твоя психологиня.
Чего-чего? Она уже разговаривает с дьяволицей Лилит, как с лучшей подружкой?
— Нет, не сейчас, — спохватывается мама, будто телепатически прочитав мой вопрос.
— Школьная? — спрашиваю с остатками тухлой надежды.
— Из клиники.
Все. Мне конец. Лиля рассказала, что я не хожу на сеансы. Дальше об этом сообщат в школу и меня отчислят. За месяц до выпуска.
— Она спросила, как твои дела, и попросила напомнить, что сеанса на следующей неделе не будет, — говорит мама. — У нее какие-то семейные дела. Она тебя предупреждала, просто переживает, что ты можешь забыть и только зря придешь.
— Да, я помню, — вру я.
Почему Лиля не сказала ей, что я пропустила уже два сеанса? Зачем она выгораживает меня? Так, а если я все-таки решусь прийти, ее и правда не будет? Может, таким образом она передает мне послание?
Мама встает и тянется рукой к моим волосам, но я уворачиваюсь и не даю ей прикоснуться.
— Фиолетовый уже почти вымылся, — говорит она. — Осталась легкая розовинка.
— Ага.
— Пора корни красить. Смотри, как отрасли.
— Я больше не хочу красить волосы.
— Будешь страшной на выпускном с отросшими корнями. И так вон все волосы обкромсала, как чучело сидишь.
Такие гены, мам — хочется сказать. Но я опять стану плохой дочерью. Разочарованием. Столько сил, денег и времени вложено в ребенка, а в итоге выросло хамло.
Мама снова садится в кресло и открывает книгу про искусство (с чего вдруг такой интерес?), а я снова утыкаюсь в экран телефона (чтобы деградировать дальше, естественно). Вот и поговорили.
Нахожу чатик асексуалов с полосатым флагом на аватарке: фиолетовый, белый, серый, черный. Я уже знаю, что все это значит. Фиолетовый — община, люди могут жить вместе и при этом не иметь сексуального влечения друг к другу. Белый — физиология, с ними все в порядке, они просто не хотят. Серый — частичная асексуальность, демисексуалы, например, у которых сексуальное влечение пробуждается при сильной эмоциональной привязанности. Черный — полная асексуальность, никакого секса между партнерами.