— Кто?
— Ну, Каролина. Кто же еще?
— А, Каролина. Да, нормально.
— Ты думаешь, мы правильно поступили, что пришли к ней.
— Не знаю, правильно или нет. Но у нас, возможно, был шанс вытащить тебя из Ада. И было бы глупо им не воспользоваться. Тем более, петь ты отказался.
— Никаких петь, пожалуйста!
— Вот видишь.
— Знаешь, — говорит Чудик после того, как мы несколько минут идем в молчании, — мне показалось, что там был Тим.
— Где там?
— Ну там, возле дома Каролины. На детской площадке.
— Правда? Я не заметила.
Чувствую, как кто-то уже начал греть для меня место в Аду.
9.4
В кабинете Лили стоит невыносимая жара. Капельки пота стекают по спине, и мокрая футболка неприятно прилипает к телу. Лето наступает стремительно, начиная обратный отсчет. Тик-так. Тик-так.
— Спасибо, что пришла, — с этой фразы Лиля начинает нашу встречу.
Луч солнца пробивается сквозь задернутые жалюзи и бьет мне прямо по глазам. Я щурюсь.
— Это чистая формальность, — отвечаю я, прикрывая лицо рукой. — Не хочу вылететь из школы из-за такой ерунды.
Лиля подходит к окну и поправляет жалюзи.
— Так нормально? — спрашивает она.
Я убираю руку от лица, давая понять, что теперь нормально.
Лиля садится за стол и говорит:
— Но мне, правда, интересно узнать, что происходит на самом деле.Ты можешь рассказать мне все что угодно. Все, что тебя тревожит. Я здесь, чтобы помочь тебе.
— Почему в Березовом острове нет Лилейной улицы? — спрашиваю я.
— Что?
— Ну, есть Лавандовая, Розовая, Сиреневая, Кипарисовая, Репейная, Гвоздичная. Но почему нет Лилейной? И кто вообще придумал давать улицам цветочные названия? Причем здесь цветы?
— Ты хочешь поговорить об этом?
— То есть вы не знаете.
— Давай откроем интернет и вместе поищим ответ.
— Ха, — вырывается у меня. — Проблема взрослых в том, что вы даже не пытаетесь нас понять. Вы считаете подростков тупыми и ни на что не способными. Но мы есть. Со своими желаниями и мнениями, как бы они вам не нравились.
Я замолкаю. Но не дождавшись реплики Лили, говорю:
— Я уже загуглила.
— И?
— Это всего лишь традиция. Какая-то дурацкая традиция.
— Хочешь еще что-то обсудить?
— Ну, конечно, а вы дадите мне умный совет, как жить мою жизнь. Спасибо, но у меня уже есть мама и ее советы.
— Я уже говорила тебе на первой встрече, что психолог не дает советов и не склоняет к решениям. Он просто слушает, чтобы понять, почему мысли в голове человека сложились таким образом — разрушающим. Хороший психолог сделает так, что ты до всего дойдешь самостоятельно.
— А вы хороший психолог?
— Хочется верить, что да.
— Ваши пациенты кончали жизнь самоубийством?
— Нет.
— Звучит как-то не очень обнадеживающе. И все же… Почему вы решили стать психологом?
— Потому что когда-то я была подростком и мне тоже нужна была помощь. Но тогда мне не к кому было обратиться. Я никому не могла доверить свои секреты, чтобы не получить в ответ осуждение и непрошенные советы. Иногда задача другого человека просто выслушать. Но люди почему-то думают, что они обязательно должны рассказать, как тебе правильно поступить. Я согласна с тобой, взрослые никогда не воспринимали подростков всерьез. И сейчас мало что изменилось. Поэтому я здесь. Чтобы у вас был человек, который скажет, что с вами все в порядке.
Молчу. Не хочу, чтобы Лиля подумала, что сейчас мы станем подружками, и я вдруг начну ей доверять.
— Есть что-то такое, что бы ты хотела мне рассказать?
Не отвечаю. Просто смотрю на рисунок Венеры позади нее, впиваясь пальцами в подлокотники кресла.
— Ты можешь начать говорить, когда будешь готова. Я не тороплю.
Я подхожу к окну, раздвигаю пожелтевшие от времени жалюзи и всматриваюсь в даль. Представляю, что одна в комнате. Как будто никакой Лили здесь нет. И я просто разговариваю сама с собой или какими-то невидимыми духами. Не знаю сколько проходит времени, прежде чем я решаюсь заговорить.