На руке моей, как на поляне,Тропки—вмятины – след от подушки.Солнце явно не скоро заглянетВ дом, где майка – как флаг на просушке,От жары и кошмариков потный(Не с гербом, а с облезлым пионом),От бессонницы нудной, зевотной, —В темноте, где сливаются с фономИ фигура, и вещь, и рисунокТой липучей сумятицы мыслей,От которой свихнуться рискуя,Я на кухню сбегаю то с «Кысью»,А то с «гариками», но всё чащеС афигенно—загадочным Бродским.Не совсем с ним, всего только с частью —«Частью речи», похожей на россыпьКоролевских подарков – жемчужинИ цветных яшм—агатов и прочих.Потому как особенно нуженЯркий ум чей—то мне тёмной ночью:От его озарений светлее,Ночь не кажется долгой и мрачной…Как писали: восток уж алеет,И становятся тени прозрачней.
Пристала ко мне бессонница,Как банный лист или волос к телу,И мыслей печальная конницаМелькает за словом «хотела».Хотела любви я и знанья,Комфорта на старости лет,Не почестей, но – призванья,И в счастье заветный билет.Но в мудрости много печали.В любви – боль и горечь утрат.Комфорт лишь в последнем причале.Призванье не стоит затрат.А счастье – синоним покоя.Смотри, лист осенний дрожит.Несбывшееся тоскою,Как ворон, у сердца кружит…
***
Я – смертельно уставший от жизни Пьеро,Но пытаюсь ещё улыбаться.Поезд мой уж покинул перрон,Мне ж судьбою случилось остаться.Поезд мой – я себя ещё раз обману, —Может быть, хоть на время вернётся,И в осеннем ненастье не утону, —Всё ещё как—нибудь обойдётся.Будет в жизни и радость – не только печаль,И черёмухи снежной цветенье.И пусть дует холодный трезвящий мистраль,Без потерь и утрат – счастья нет обретенья.И зальёт по весне мои раны сирень,Как бальзамом, душистою пеной,Я услышу волшебные звуки сиренИ куплюсь на их сладкое пенье.Снова чувства, как прежде, во мне расцветут, —Как фиалки нежданно в апреле,И печальные песни мои унесутСоловьёв долгожданные трели.И пойму, что ещё не конец, не конец,Коль полна я надежд и иллюзий,И венок из увядших цветов – не венец.Жизнь ещё зазвучит под мелодию блюза.
***
Пусть детской щербатой улыбкойМеня встретит завтрашний день.Я тихой и робкой улиткойНа свет поползу, чтобы теньУсталости, страхов, несчастийВчерашнего горького дняХотя бы на время, отчастиОтстала б на шаг от меня.Природе созвучна настрою,В которой настала весна,На пепле я зáмки построю,Очнувшись от страшного сна.Расстанусь с тоскою прогорклой,Чтоб всю полноту жизни пить!И пусть у неё привкус горький, —Я жизнь не устану любить.
Жить с верой
Сорви цветок чертополоха
Привет, униженным, а также оскорблённым,В обиду, как в бесценный дар, влюблённым,На раны сыплющим себе помногу соли.И радость жизни покидающим для боли.Прости обидевших тебя иль обругавших,Таких же, как и ты, замотанных, уставших —От жизни, от себя и от лишений,А, может, от бессилья искушений.Забудь и подари им радости прощенья,И не дразни себя фантазией отмщенья.Не нам дано судить, и по делам воздастся.Ведь жизнь, пройдя в обиде, не удастся,Отравлены обидой будут дни и годы,Ты не заметишь солнца, красоты природы,И будешь думать лишь о том, что плохо.Сходи—ка на пустырь, сорви чертополоха,Поставь его цветок с защитною колючкой,И в сердце не впускай завистников и злючек.Благодари за всё судьбу свою и Бога,И ты увидишь, что ведёт дорогаК твоим мечтам, душевному покою,Жизнь снова станет светлою такою.Мир не изменится, но, может, освещенье?..И помни: мы грешны, не нам – отмщенье.
Воскресенье
Прости, меня, Господь, что нынче я не в храме,И не стою там со свечою и молитвой,А вместо Ликов вижу я в оконной рамеЛишь света яркого и тёмной тени битву.Не в храме я, но о Тебе я помню,Ты для меня теперь – во мне, всегда, повсюду.Прошло три года лишь с последних помин.Кто спас меня, об этом не забуду.Когда ты самой клеткой малой знаешь,Кому обязана минутой каждой жизни,Внутри молитву благодарно сотворяешь.Что я не в храме, – не вмени мне в укоризну.