Пока мы любовались живописными берегами Влтавы, в Ставропольском крайкоме КПСС произошла смена руководства: второго секретаря Жезлова сменил мой комсомольский товарищ Виктор Алексеевич Казначеев.
Я позвонил домой в Пятигорск. Тамара взволнованным голосом сообщила, что меня срочно ищут в крайкоме.
— Позвони Казначееву! — закончила она.
Звонить Казначееву я не стал, а набрал номер Фролышева.
— Слушай, приезжай срочно в ЦК! — попросил он. — Мне тут «вломили»!
— За что? — удивился я.
— Да ведь мы не согласовали твое назначение с крайкомом партии! — пожаловался Фролышев. — А когда туда позвонили, там поднялась такая «буча».
Оказывается, прежде чем вызвать меня в Москву, Фролышев и Брагин говорили обо мне. Вот почему Брагин приезжал ко мне с уговорами не соглашаться на должность инструктора отдела ЦК КПСС.
Пока я находился в Праге, начался телефонный перезвон, были подняты все «дела», в том числе и решение Пятигорского горкома партии о снятии с меня выговора. Особую активность проявил управляющий Ставропольэнерго Федосюк. Он звонил Тамаре, собирал какие-то справки о ее семье, задавал глупые вопросы по поводу моего назначения в Москву.
В Ставропольском крайкоме КПСС тоже все были против моего ухода в ЦК. Свое мнение выразил даже М. С. Горбачев, заявивший, что крайком не может отпустить Дьякова в Москву: «Он у нас находится в резерве на должность председателя исполкома города Пятигорска».
Я только разводил руками:
— Причем здесь горисполком? Я там никогда в резерве не был и на эту должность не собирался.
Одним словом, мой переход в ЦК партии не состоялся. Надо поставить свечку во здравие тому, кто помешал мне стать номенклатурным партийным работником. Поистине, всякая правда обладает семью уровнями, и на высшем уровне восседает Правда Божья, которая совершенно не имеет ничего общего с истерзанной правдой человеческой.
В октябре 1976 года до нас донеслись известия о ликвидации в Китае «банды четырех». Какое отношение это событие, произошедшее в правящей верхушке далекой Поднебесной, могло касаться меня, моей Родины, моей семьи и повседневных забот? Оказывается, самое непосредственное. Если смотреть не с точки зрения кулика, для которого собственное болото — это и есть вся необъятная вселенная, то надо признать, что Китай для России значит больше, чем для других стран мира.
В Советском Союзе всегда существовали пережитки высокомерного и одновременно опасливого отношения к Китаю, унаследованные от царских и хрущевских времен. Традиционно считалось, что Китай — это только отсталая Азия, а Советский Союз — это еще и Европа. Но сейчас Россия — больше азиатская страна, чем ранее: в Азии находится более 74% ее территории. Географическая «середина» нашей страны переместилась где-то в район Красноярска, в азиатской части России сосредоточена львиная доля природных богатств.
Даже невооруженным глазом видно, что перспектива возрождения нашей страны неразрывно связана с Дальним Востоком и Сибирью. А это — 12 миллионов квадратных километров и самое протяженное Тихоокеанское побережье. В Азии на протяжении 4200 километров мы соприкасаемся территориально с Китаем, где проживает 20% мирового населения, где 20 миллионов человек пользуются персональными компьютерами и производится в сотни раз больше телевизоров и холодильников, чем в России.
Так что свержение «банды четырех» потрясло не только китайский Олимп. Оно дало толчок модернизации политико-экономической жизни и внешнеполитических связей КНР, что не могло не сказаться на изменении геополитического вектора развития стран всего Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе и нынешней России…
Осенью 1976 года я достиг «роковых» сорока лет. Этот возраст считается рубежом, за которым начинается зрелость. Об этом периоде в народе говорят: «седина в бороду — бес в ребро». Мне повезло: природа оградила меня и от откровенной седины, и от нежелательного беса.
После моего возвращения из Праги Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев поздравил всех строителей, монтажников и эксплуатационников с досрочным вводом в эксплуатацию первой очереди Ставропольской ГРЭС. Состоялось торжественное вручение орденов и медалей. Орден Трудового Красного Знамени вручал мне председатель исполкома Ставропольского краевого Совета народных депутатов Иван Тихонович Таранов. Потом на Ставропольской ГРЭС был большой митинг, на который съехались буквально все секретари райкомов и горкомов края.