Моя первая командировка в Среднюю Азию состоялась в мае 1978 года: я приезжал в Душанбе в Таджглавэнерго для выяснения причин аварийных отключений потребителей. Энергосистему возглавлял Василий Иустинович Люльчак, главным инженером работал владевший фарси Фархад Хабибович Расулов, сельской электрификацией занимался Бахром Серожевич Серожев, а капитальным строительством — Виктор Иванович Гаврилов.
Значительные гидроэнергоресурсы Таджикистана сосредоточены в основном на крупных реках Вахш, Пяндж, Обихингоу и других, протекающих в глубоких скальных каньонах и позволяющих сооружать эффективные гидроузлы. Энергосистема республики развивалась по восходящей. На Душанбинской ТЭЦ шло освоение передового по тому времени открытого блока 150 МВт. На реке Вахш, в Пулисангинском ущелье, завершалось строительство первенца большой энергетики Таджикистана — Нурекской ГЭС. Это единственная в мире электростанция с земляной плотиной, образованной направленным взрывом (высота — 300 м, объём — 56 млн. куб. м). В строительстве энергетического гиганта на Вахше участвовали более 400 проектных и строительных организаций, промышленных предприятий почти из всех республик Советского Союза. В Нуреке сложился коллектив, в котором насчитывалось до семи тысяч человек, и среди них было немало инженеров и рабочих, в послужном списке которых значилась работа на строительстве Красноярской ГЭС, Асуанской плотины в Египте и других крупных гидротехнических сооружений.
Немало драматических страниц в истории Рогунской ГЭС — шестой, самой верхней, ступени Вахшского гидроэнергетического каскада. Ее строительство было начато в 1976 году, в 110 километрах от Душанбе. По проекту высота насыпной плотины станции должна была достичь 320 метров, а машинный зал с шестью гидроэнергетическими агрегатами (по 600 МВт каждый) должен быть размещен под землей. Однако к середине 1980-х годов республиканский бюджет уже не справлялся с бременем строительства. После массовых беспорядков, произошедших в Душанбе в феврале 1990 года, часть местной интеллигенции развязала кампанию, направленную на окончательный срыв строительных работ. В республиканской прессе появились статьи, в которых утверждалось, что возведение 320-метровой плотины ГЭС приведет к затоплению множества горных селений. Стройка замерла, начался отъезд специалистов-гидростроителей. Уехал и начальник строительства Николай Савченков, которого на прощание подвергли унизительному обыску и оскорблениям.
На реке Вахш были также заложены Байпазинская ГЭС, Сангтудинская и Шуробская гидростанции. Для нужд сельского хозяйства и населения республики был установлен самый низкий тариф — одна копейка за один киловатт-час. Здесь был введен в строй Таджикский алюминиевый завод (ТадАЗ) — крупнейшее предприятие отрасли на территории стран СНГ, работавший на обожженных электродах по энергосберегающей технологии. Годовая мощность ТадАЗа рассчитана на выпуск 517 тыс. тонн первичного алюминия, хотя на такой объем завод не выходил ни разу.
Устроившись в Душанбе, я дозвонился до Андижана и был потрясен, услышав в трубке голос Эргаша Зияевича:
— Дорогой Анатолий, мой дом ждет тебя, как родного. Я уже объявил своим детям, что у них есть брат, а у меня — еще один сын. Приезжай в любое время.
Но я не знал, какое расстояние отделяет нас друг от друга, и как непросто в Средней Азии добраться из одного города в другой. Сжатые сроки командировки тогда не позволили мне съездить в Андижан. Но желание попасть туда меня не оставило. Давно известно: нельзя откладывать «на потом» встречу с желанным человеком, жизнь наша скоротечна, и кто знает, как все может обернуться.