Задумываясь над этим новым для нашей страны явлением, я прихожу к выводу, что терроризм, как и другие ростки зла, произрастающие на земле со времен создания мира, невозможно искоренить изданием «хороших» указов и постановлений. В каждой цивилизации настает время, когда старое подвергается пересмотру и перелицовыванию, но проходит еще немало времени, прежде чем станет ясно, правильными или ошибочными были проведенные преобразования. Окончательный вывод возникает в результате длительных раздумий и изысканий, да и то, если эти изыскания пойдут в верном направлении. Однако не всех обнаруженная истина может удовлетворить — и не только потому, что она не абсолютна, но и потому, что она одной из сторон не выгодна. А если учесть, что процесс поиска истины осложняется еще и человеческой предрасположенностью к ошибкам, то возникает благоприятная среда, в которой гордиев узел терроризма затягивается еще туже.
1986 год памятен и приятными для меня событиями. 9 мая в семье моей старшей дочери Светланы и Геннадия родился сын. С этого времени в этот день наша семья отмечает годовщину Великой Победы, день рождения Светланы и день рождения внука Андрея. Этот малыш был ниспослан нам свыше в ознаменование памяти о моем отце, унесенном неумолимым шквалом прошлой войны, а также в знак вознаграждения за мое трудное сиротство. Светлана, не советуясь ни с кем, назвала сына в честь моего деда. Что я не смог сделать сам — воплотить себя в сыне и назвать его в честь любимого деда, полного Георгиевского кавалера, — то сделала моя дочь. Она с детских лет знала о моей мечте и переживала вместе со мной. Я горжусь своей дочерью: Светлана окончила 1-й Московский медицинский институт, стала провизором, фармацевтом. Она любящая жена и заботливая мать.
10 ноября 1986 года, в самый разгар «сухого закона», я отметил свой полувековой юбилей, который совпадал с 50-летием моей родной Ставропольской энергосистемы и Баксанской ГЭС. Меня пришли поздравить все заместители министра, но праздника не получилось. В воздухе висело ощущение какой-то неловкости. Дело в том, что хотя столы и ломились от разнообразных закусок и прохладительных напитков, на них не было ни одной бутылки спиртного. Накануне из партии с шумом был исключен один заместитель министра по сельскому хозяйству, употребивший спиртное на охоте. Когда он под винными парами сошел с трапа самолета, кто-то зафиксировал «жареный» факт.
Официальная часть чествования проходила на заседании коллегии Минэнерго СССР. Несколько теплых слов сказал Анатолий Иванович Майорец, отметивший мой вклад в развитие энергетической отрасли страны. Он выразил мне благодарность за работу и зачитал приказ министра о присвоении мне звания «Почетный энергетик СССР». Он напомнил также о высокой правительственной награде — уже врученном мне ордене Октябрьской Революции, как неоспоримом свидетельстве государственной оценки моих усилий, направленных на развитие Экибастузского топливно-энергетического комплекса. Мне вручили памятные адреса от коллективов многих энергосистем.
Большую радость вызвало у меня поздравление от коллектива Ставропольской ГРЭС, который в этом году отмечал свой праздник — 10-летие со дня пуска станции. В этой станции была заложена и частица моего труда, о чем мне напоминал орден Трудового Красного Знамени. Земляки вручили мне памятный адрес, фотоальбом о ходе строительства электростанции и настольный символ Ставропольской ГРЭС: на плоской мощной каменной плите прикреплен бронзовый контур ГРЭС с цифрами, указывающими дату ее рождения. Приятным сюрпризом прозвучало поздравление от группы военных, прибывших на мой юбилей во главе с космонавтом Германом Степановичем Титовым. Он вручил мне на память о нашей совместной работе на космодроме Байконур настольный макет космического корабля «Союз-Аполлон».
Большой неожиданностью для меня было поздравление от Комитета государственной безопасности СССР, который был представлен генералом и полковником. Мне приходилось часто встречаться с этими людьми. Это были грамотные, высоко подготовленные инженеры. Они прекрасно ориентировались в тонкостях и проблемах энергетической отрасли, давали обдуманные, доброжелательные рекомендации. Сотрудники КГБ вручили мне радиоприемник, снабженный ремнями для переноски, с мощными элементами питания, который я в тот же день спрятал в металлическом сейфе. Об этом подарке я вспомнил через три года. Приемник, заработавший, к моему удивлению, с первого щелчка тумблера, я передал уже подросшему внуку Андрею. Еще мне подарили фотоальбом, где хронологически была представлена вся моя жизнь от босоного Марьинского мальчишки до заместителя союзного министра.