Торжественное празднование 50-летия Ставропольской энергосистемы и Баксанской ГЭС состоялось в Пятигорске, в здании Ставропольского государственного краевого Театра музыкальной комедии. Мне вручили памятный адрес и свидетельство о внесении моего имени в Книгу трудовой доблести и славы Ставропольской энергосистемы с присвоением звания «Почетный работник энергосистемы». Управляющим Ставропольэнерго был тогда Иван Степанович Лазаренко. Как легко я чувствовал себя в окружении друзей и товарищей, с которыми начинал свою деятельность! Они были свидетелями моего становления, среди них я начинал молодым свой марш по профессиональной стезе.
Министр энергетики и электрификации СССР Анатолий Иванович Майорец довольно уверенно влился в жизнь коллектива нашего министерства. Немало сил и энергии отдал он совершенствованию системы управления огромным аппаратом. Но отношения со Щербиной и руководством Бюро по ТЭК при Совете Министров СССР у него что-то не складывались. В повседневную работу министерства постоянно вмешивался Юрий Кузьмич Семенов, собравший в Бюро по ТЭК всех обиженных из числа бывших работников Минэнерго СССР. Он был большой любитель накалять обстановку, занимался критиканством, нужно и не нужно поучал каждого, кто подворачивался ему под руку.
На совести Семенова лежит несправедливое освобождение от должности первого заместителя министра энергетики и электрификации СССР по капитальному строительству Станислава Ивановича Садовского, имевшего огромный опыт управления строительными коллективами, возводившими Чарвакскую ГЭС в Узбекистане, Саяно-Шушенскую и Краснояр скую ГЭС. Семенову была явно не по нутру принципиальная позиция Майорца по многим вопросам. Развязка наступила неожиданно.
Это было майским субботним утром 1989 года. Направляясь в свой служебный кабинет, я оказался в лифте вместе с Анатолием Ивановичем. Он поздоровался со мной и сказал:
— Поздравляю вас, Анатолий Федорович, с новым министром.
— С каким министром? — недоуменно спросил я. — Что это за человек? И почему вы уходите? — засыпал я его градом вопросов.
— Вашим министром будет «ЮК», — коротко обронил он.
«ЮК» — так у нас еще со времен Непорожнего называли Юрия Кузьмича Семенова.
— Вчера состоялось заседание Секретариата ЦК, на котором принято решение освободить меня от должности, — продолжал Майорец. — На пост министра рассматривались два человека: Семенов и вы. Егор Кузьмич Лигачев и я поддерживали вашу кандидатуру. Наши доводы сводились к тому, что вы грамотнее, да и рука у вас потяжелей, чем у Семенова. Щербина выступил за назначение Юрия Кузьмича. Горбачев спросил мнение у Председателя Совета Министров СССР. Николай Иванович Рыжков ответил, что поддерживает предложение Щербины, поскольку работать с министром ему.
Майорца освободили от должности министра за полтора месяца до шестидесятилетнего юбилея. Семенов приступил к обязанностям в июле 1989 года. Я очень хорошо знал личные и деловые качества нового министра энергетики и электрификации СССР.
В период пребывания Семенова в Бюро по ТЭК при Совете Министров СССР оттуда доносились его странные высказывания о том, что как только он станет министром, всех уволит, «в том числе и профессора Дьякова». И действительно, не успел «ЮК» усесться в министерское кресло, как увольнения последовали одно за другим. С должностей были сняты заместитель министра по кадрам Валентин Логинович Смирнов, член коллегии, начальник Главного научно-технического управления Виталий Иванович Горин, начальник Главного научно-технического управления по капитальному строительству Александр Пудович Гущин и другие работники, относившиеся к категориям, на которые министр вообще не должен был сосредоточивать свое внимание.
У нас с «ЮК» были хорошие, дружеские отношения, но мои успехи в науке почему-то не давали ему покоя. Он все время пытался как-то меня задеть, предъявлял необоснованные претензии. На первой же коллегии Минэнерго СССР он заявил о себе:
— Мой недостаток состоит в том, что я все знаю.
Так продолжалось до нашей совместной поездки в Ленинград, где проходило заседание Научно-технического общества (НТО) СССР. Перед его открытием были зачитаны фамилии участников заседания и их научные звания. Очередь дошла до управляющего Ленэнерго, профессора, доктора технических наук Семена Арминаковича Казарова. Семенов не выдержал и вслух обратился к Казарову:
— И ты — профессор?
Вечером произошло наше объяснение с Семеновым. Казаров решил поднять бокал за министра, сказав, что «Юрий Кузьмич был единственным и незаменимым кандидатом на пост министра». Реакция Семенова была мгновенной. Показывая на меня пальцем, он воскликнул: