— Нет, не будем! — ответил он. — Мне эта идея не нравится, и я в нее не верю.
В моей приемной тогда случайно оказался директор Донецкого отделения ВТИ А. А. Мадаян. Я предложил ему:
— Ну, как, Ашот, займемся?
— Конечно, займемся! — сразу загорелся Ашот Арминакович.
Одним из вариантов такой тепловой электростанции стала электростанция, оборудованная котлами с особой топкой (кистером), в которой происходит сжигание угля в расплаве, барботируемом кислородом во избежание образования окислов азота. Наша идея заключалась в том, чтобы отработать способы введения в ванну добавок, связывающих серу. Самое главное здесь состоит в том, что в расплаве угля можно найти всю таблицу Менделеева. Оттуда можно извлекать и золото, и олово, и даже радиоактивные вещества. Органические вещества сгорают, а расплав сепарируется по слоям, расположенным в котле по своему удельному весу: легкие элементы — вверху, а тяжелые — внизу. Сам расплав может идти на производство кирпича, глазурованных плиток и других строительных материалов. У этой идеи много противников, но я продолжаю над ней работать с надеждой, что она найдет практическое применение.
Следующей научной проблемой, которую мне приходилось решать, была проблема повышения противопожарной надежности наших установок, прежде всего атомных и тепловых электростанций. Тепловые станции с блоками 300 МВт и выше работают на закритических параметрах при давлении 240 атмосфер и температуре пара 565 °C (паропроводы раскаляются до вишневого цвета). Нельзя забывать и того, что электростанция буквально нашпигована находящимися под напряжением установками постоянного и переменного тока. Существует также потенциальная возможность разгерметизации маслосистем и водорода, охлаждающего генераторы. Можно представить, какие могут быть последствия, если на такой станции возникает пожар: кровля машинного зала станции обрушивается в течение пяти минут.
Поэтому для нас актуальными были исследования, направленные на внедрение пожароустойчивого оборудования (прежде всего за счет исключения водорода), а также на создание мощных, с водяным охлаждением, 800– и 500-мегаваттных генераторов, работавших по системе «три воды». В лабораториях ВТИ были разработаны новые масла на неорганической основе, обеспечивающие такую же эффективность, как и органические, но не подверженные возгоранию. Лицензию на применение новых масел закупили некоторые зарубежные организации, но у нас оно внедряется ни шатко, ни валко. По части изобретательства мы часто бываем впереди всей планеты, а вот с внедрением в практику производства нам что-нибудь да мешает: то консерватизм чиновников, то банальное отсутствие средств.
Организуя научные изыскания и практические мероприятия, я погружался в проблемы по самую макушку. У нас всегда были в запасе идеи, ожидавшие своего решения. Одна из таких идей выводила на создание комплексных энергетических установок с магнитогидродинамическим генератором (МГД-генератором).
МГД-генератор — это новый тип электрической машины без вращающихся частей. Если заменить ротор струей раскаленных газов, плазменной струей, содержащей много электронов и ионов, и пропустить такую струю между полюсами сильного магнита, то по закону электромагнитной индукции в ней обязательно возникнет электрический ток, потому что струя движется. Электроды, с помощью которых должен выводиться ток из раскаленной струи, могут быть неподвижными. Такой тип электрической машины получил название магнитогидродинамического генератора.
У нас в Москве была опытная установка У–02, директором которой был кандидат технических наук Д. К. Буренков, позволившая накопить научно-экспериментальный опыт и получить данные, существенно расширившие представления о возможностях практического использования МГД-установок. Несколько позднее было начато строительство опытно-промышленной МГД-установки У–25.
Темой научных исследований и создания МГД-генераторов у нас в стране руководил выдающийся ученый, академик Александр Ефимович Шейндлин. Создатель Института высоких температур Академии наук СССР, он долгие годы был бессменным директором, а ныне является почетным директором этого института исследования. Академика А. Е. Шейндлина активно поддерживал ныне уже покойный академик В. А. Кириллин, в то время занимавший пост заместителя Председателя Совета Министров СССР — председателя Государственного комитета по науке и технике СССР.
А. Е. Шейндлину принадлежат пионерские исследования термодинамических свойств воды и водяного пара — основы создания тепловых станций нового поколения со сверхкритическими параметрами. Многие ученые мира одновременно с Шейндлиным вели разработки в этом направлении. Он развернул работы по изучению теплофизических свойств металлов и их паров (натрий, калий, цезий, рубидий, жидкий уран). Многие из этих свойств были открыты и сформулированы впервые в мире. Результаты труда ученого нашли широчайшее применение в ядерных энергетических установках и установках прямого преобразования энергии, высоко оценены правительством СССР: ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда.