Формирование корпорации Роснефтегазстрой и избрание ее руководства прошло спокойно и организованно. В декабре 1991 года председателем правления и одновременно председателем совета директоров РАО Роснефтегазстрой, образованного на базе концерна Нефтегазстрой, был избран Геннадий Иосифович Шмаль. Геннадий Иосифович был заместителем министра, а с 1984 года — первым заместителем министра строительства предприятий нефтяной и газовой промышленности СССР. После упразднения министерства в 1990 году являлся председателем правления государственного концерна Нефтегазстрой.
Более напряженно происходил перевод управления в родном для меня Министерстве энергетики и электрификации СССР. Наши энергостроители и монтажники, обуреваемые чувствами сепаратизма, потребовали создания самостоятельной энергостроительной корпорации. Демократия есть демократия. Я дал свое согласие. Российская корпорация по энергетическому строительству и строительной индустрии Росэнергострой была создана постановлением Совета Министров РСФСР № 590 от 6 ноября 1991 года. Президентом корпорации стал Семен Яковлевич Лащенов. Это была достойная кандидатура.
А вот с избранием президента Российской корпорации по эксплуатации электростанций и сетей Росэнерго возникли некоторые сложности. Ее создание и избрание руководителя проходило в обстановке накаленных страстей. Ю. К. Семенова в очередной раз подвела его самонадеянность. Для него, министра энергетики и электрификации СССР, стало ударом известие о том, что выбрали не его, а Олега Викторовича Бритвина. Он был очень удивлен, что выбрали не его. Поднявшись на трибуну, Юрий Кузьмич в сердцах начал отчитывать всех находившихся в зале:
— Как вы посмели отвергнуть меня, министра, специалиста с таким большим опытом и знаниями!?
Но, как говорится, — увы, увы…
Необходимость сосредоточения реального управления всеми отраслями ТЭК в руках Министерства топлива и энергетики России потребовала срочного его структурного изменения, увеличения численности и повышения качества специалистов. Формирование аппарата Минтопэнерго РФ велось с учетом рыночного опыта работы иностранных энергетических фирм. Одной из первых рыночных структур ТЭК стала Российская топливно-энергетическая биржа, которую возглавил мой помощник Юрий Анатольевич Суздальцев. Именно на этой бирже были проведены первые торги по продаже угля, мазута, металла и других энергоносителей.
Глава 43
Холодная осень 91-го
Как часто внешняя обстановка, которая нас окружает, меняет наше отношение к жизни, особенно если эта жизнь протекает в России, где почти всегда складывается крайняя ситуация. У нас не нужно выдумывать никаких дополнительных трагедий и обстоятельств: достаточно выглянуть в окно или послушать последние известия. В нашей стране легче, наверное, жить просто, без затей, ничего не планируя далеко вперед. Здесь надо относиться к тому, что не можешь изменить, обреченно, как к землетрясению, от которого спрятаться невозможно. Главное — выжить. Хотя, если до конца следовать литературным канонам, к обобщениям можно переходить только тогда, как читателю предоставлены все аспекты случившегося, чтобы он сделал собственные выводы…
В конце октября 1991 года меня пригласили в Париж для ведения переговоров с французскими энергетическими компаниями «EdF», «Thomson» и «Jack Alstom». Разрешение на поездку дал мне Олег Иванович Лобов.
— Почему бы вам, — с юмором сказал он тогда, — не использовать случай и одновременно не отдохнуть на Лазурном берегу? Ведь впереди — полная неизвестность…
4 ноября я уже находился во Франции. Работая в стране, благополучно пережившей и якобинцев, и Вандею, я следил за событиями в России, где набирала силу волна неудовлетворенности социально-экономическими реформами.
Шасси самолета, на котором я возвращался в Москву, коснулись взлетно-посадочной полосы аэропорта Шереметьево 10 ноября — как раз в день моего 55-летия. Встречал меня чем-то взволнованный первый заместитель министра топлива и энергетики РФ Анатолий Тихонович Шаталов. Пытаясь успокоить своего подчиненного, я заговорил с ним в шутливой форме: