Глава 44
Цель — единство энергосистемы
В первой половине 1992 года западная печать стала активно муссировать тему о надвигающемся в Российской Федерации государственном перевороте, подхваченную высшими должностными лицами страны и ее столицы. Так, мэр Москвы Г. X. Попов в середине мая выступил со статьей, опубликованной во французской газете «Либерасьон» под заголовком «Необходимость сильного режима в России». Признавая очевидный факт, что «большинство русских против рыночной экономики», московский градоначальник сделал вывод, что «заставить страну перейти к рынку сможет лишь сильная власть». В этой статье он подчеркнул, что в «ближайшее время вопрос о том, кто обладает властью в Москве, будет иметь большое значение». Дальнейшие события показали, что новоявленной Кассандре не удалось дождаться исполнения своих пророчеств в уютном кресле городского головы.
В июне 1992 года Попову пришлось оставить свой пост, а мэром Москвы был назначен Лужков. Юрий Михайлович проявил исключительную активность во время работы в Комитете по оперативному управлению народным хозяйством СССР под руководством И. С. Силаева, где он курировал поставки в Россию и СССР иностранной гуманитарной помощи.
В мае 1992 года Б. Н. Ельцин предпринял, пока словесную, атаку на Верховный Совет РФ, заявив во время пребывания в Череповце о необходимости «разгона Съезда народных депутатов». В интервью «Комсомольской правде» он указал даже срок: «Все надо сделать к осени».
С назначением на новую должность я по-прежнему занимался электроэнергетикой, но теперь уже в масштабе России. Это время было богато на всякие законы и постановления: их плодили почти ежедневно. Один из них — Закон о госпредприятиях на территории России, заложивший бомбу под Единую энергетическую систему страны. В соответствии с этим Законом любое государственное предприятие имело право выйти из любого объединения и принять собственную программу действий. Постановление Верховного Совета России о ликвидации всех объединений также вело к развалу ЕЭС, как раз и состоявшей из объединений, базировавшихся на территории областей и республик. Если раньше над нашей энергетикой стояло Министерство энергетики и электрификации СССР, выполнявшее хозяйственные функции, то теперь роль этого ведомства была сведена к минимуму. После передачи всего имущества в ведение Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом (ГКИ), по сути дела, чужому дяде, ничего не понимавшему в энергетическом оборудовании, Министерство топлива и энергетики РФ, в полном смысле этого слова, оставалось не у дел.
Последней каплей, способствовавшей развалу ЕЭС России, был подготовленный в ГКИ Указ Президента РФ от 1 июля 1992 года № 721 «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества». В нем говорилось, что любое предприятие принимает решение об акционировании самостоятельно, а в случае противодействия со стороны руководителя трудовой коллектив имеет право сам провести акционирование с выходом как предприятия из объединения, так и структурного подразделения из предприятия. Согласно этому документу, каждое крупное предприятие подлежало приватизации до 2 ноября 1992 года. То есть все отдавалось на откуп трудовому коллективу, который мог теперь действовать по принципу: «Что хочу — то и ворочу!» Так оно и получилось. В течение нескольких месяцев все мало-мальски крупные предприятия подали заветные заявки на акционирование, положив начало процессу ежедневной приватизации десятков заводов и фабрик.
Как видно, советской партийной и административной элите на этом этапе нужна была видимая легитимизация действий, направленных на конвертирование имеющейся власти в частную собственность с целью последующего наследования этой собственности. И то и другое она получила в первые же годы реформ: вчерашний директор становился хозяином-собственником. «Каких-нибудь полдюжины баронов в процессе приватизации 90-х годов, — писала английская «Файнэншл тайме», — выиграли контроль над сотнями компаний и предприятий, заполучив их с невиданной скидкой, в основном благодаря контактам в политических сферах». Однако, прибрав к рукам заводы и фабрики, почти никто из этих «баронов» так и не сумел правильно организовать процесс развития и расширения производства, ради чего, собственно, и замышлялась приватизация. И в этом состояла вся глубина трагедии, поскольку подлинные богатства создаются не спекулятивными сделками, не перераспределением уже созданных ценностей, а прямым созиданием — новыми изобретениями и их воплощением в жизнь через достижения науки, инженерную мысль и произведения рук человеческих. Как тут не вспомнить слова одного из героев А. П. Чехова: «Уж очень вы, господа, умствуете!