Об этом наглядно свидетельствовал меморандум (так и не опубликованный в российской печати), подписанный Международным валютным фондом и Правительством РФ в феврале 1996 года, в котором российскому руководству безапелляционно предлагался своеобразный трехлетний план экономического развития. В обмен на послушание Россия получала право на кредит в размере 10,2 млрд, долларов США. Но не сразу, а помесячно, определенными долями — как в награду за выполнение требований, звучавших из-за океана. По каждому из пунктов этого плана Правительство России ежемесячно подвергалось строгому спросу. Сдал экзамен — получай денежки! Если нет — очередной транш не выплачивался.
Соглашение с МВФ было подписано после вступления в силу Федерального Закона «О федеральном бюджете на 1996 год». Даже невооруженным глазом было видно, что многие обязательства, взятые Правительством РФ перед МВФ, противоречили действующему российскому законодательству и способствовали усугублению экономического кризиса в стране. Согласно закону о бюджете, экспортные пошлины на нефть и газовый конденсат являлись одними из самых доходных статей. Поэтому их, по указанию МВФ и в нарушение закона, упразднили, компенсируя потери нефтяников увеличением акцизов, в среднем, с 30 тысяч до 55 тысяч рублей за тонну с 1 апреля и до 70 тысяч рублей за тонну с 1 июля 1996 года. Одновременно был увеличен тариф за трубопроводную транспортировку нефти.
Но если замена пошлины акцизом сравнительно мало что изменила для зарубежного покупателя, то на внутреннем рынке стоимость нефти существенно возросла — в среднем с 320 тысяч до 390 тысяч рублей за тонну. А это немедленно вызвало в стране очередной виток инфляции, сопровождаемой быстрым ростом цен на продукцию во всех отраслях промышленности — от добычи и производства топлива и электроэнергии до машиностроения и транспортных услуг. Возросшие в промышленности цены бумерангом возвратились в нефтяную промышленность в виде подорожавших ресурсов. Платежеспособный спрос на внутреннем рынке снизился еще больше, и, как следствие, производство в стране стало сворачиваться.
Акцизная ставка в 70 тысяч рублей за тонну нефти долго, но безуспешно оспаривалась Министерством топлива и энергетики РФ. Более того, МВФ обусловил выдачу согласованного кредита еще и удержанием денежной массы на определенном уровне (примерно 12% от объема ВВП). Как известно, основная причина недобора налогов во многом кроется во взаимных неплатежах, которые возникают вследствие дефицита в стране денежных средств. Когда денежная масса насильственно удерживается на уровне 12% от объема ВВП, то для полного выкупа всего объема надо, чтобы деньги сделали восемь полных оборотов в год. Они же оборачивались, в лучшем случае, трижды. Даже при существенно меньшем, по сравнению с прошлыми годами объеме ВВП, дефицит платежного оборота превышал 60%. Отсюда — вынужденный бартер, многие незаконные товарные операции, катастрофические задолженности.
Между тем, в самих США объем денежной массы составляет 120% от объема ВВП. Поэтому американцы так заинтересованы в распространении долларов по всему свету — иначе их задушит инфляция. Авторы и проводники политики долларизации России внесли значительную лепту в развал отечественной экономики. Этой же цели служило и другое требование МВФ, касавшееся отмены всех без исключения налоговых льгот, которое мы должны были неукоснительно выполнить.
Как показала статистика, кредит на условиях МВФ лишь усугубил кризис российской экономики. Ведь заимствованную валюту, как подчеркивается в соответствующем Указе Президента РФ, запрещено использовать у нас в качестве платежного средства. С полученными в Международном валютном фонде долларами Центральный банк РФ проделывает сложные манипуляции. Он обменивает иностранную валюту на рубли, печатая при этом соответствующее количество рублевой денежной массы, а валюту размещает на зарубежных депозитах под очень низкие проценты. Спрашивается, зачем это России нужно: занимать напечатанные в США доллары, а потом с убытком для себя обменивать их на рубли? Такой кредит — не что иное, как дырка от бублика, поскольку иностранные заимствования не позволяют оставлять в стране созданную прибавочную стоимость: она почти вся вывозится за рубеж. Да еще вдогонку приходится отдавать проценты.