— Я же тебе сегодня утром положила завтрак.
Действительно положила или нет? Да, она может точно об этом вспомнить. Во всяком случае, она ищет мисочки среди грязной посуды и, когда не может их найти, опускается на колени и проползает всю кухню, заглядывая под каждый шкаф и в каждый угол. В конце концов, у нее нет времени на долгие поиски, ей сейчас уже нужно бежать, чтобы успеть на трамвай. Она наполняет одну из чайных чашек водой и кладет на блюдечко специально больше корма. Он еду не тронет, но она хотя бы дает ему возможность что-то поесть.
— Твои любимые мисочки мы найдем, когда я вернусь, — утешает она его, надевает пальто, туфли и спешит на остановку.
Когда она возвращается с работы, ей бросается в глаза, что почтовый ящик Солнца переполнен. Розовые листки рекламы выглядывают из прорези почтового ящика, словно вялые языки. Дерия заходит на лестничную площадку. Внутреннее освещение не работает, здесь темнее, чем на улице. Ее охватывает страх. Сейчас только не хватало разнервничаться. Через несколько шагов она уже будет дома. Она оставляет почту Солнца в прежнем состоянии и поспешно вбегает на несколько ступенек к своей квартире. Замок ее квартиры открывается через пол-оборота ключа. Неужели она забыла закрыть дверь? Но она никогда не забывает об этом. Никогда. Хотя перед этим довольно сильно отвлеклась. Наверное, она все-таки забыла.
В квартире стоит едкая вонь кошачьей мочи. Одина, кажется, мучает совесть, потому что он не встречает ее возле двери. Дерия идет по запаху в ванную комнату и стонет, увидев сюрприз. Кот помочился на все вещи, которые она в обед поспешно бросила в угол. Вся ее одежда мокрая и вонючая. Как может один-единственный кот за такое короткое время произвести столько вони? А сверху он, как корону, еще и кучу наложил.
— Чертов кот, вот дурак, — бормочет Дерия, но тут ее взгляд падает на кошачий туалет. Туалет стоит обратной стороной наружу, так что добраться до него можно только со стороны кафельной стенки. У бедного Одина не было никаких шансов забраться в свой туалет. Где была ее голова, в каких облаках витали мысли? Как она могла такое просмотреть?
Дерия со вздохом начинает заниматься устранением этого свинства и загружать белье в стиральную машину. Включать стиральную машину она сейчас уже не станет, иначе от звука центрифуги проснутся соседи, но отказаться от короткого душа она не может. Пусть это даже будет не так беззвучно, как положено было бы в такое время. Сердитая пара, проживающая над ней, уже несколько месяцев назад прекратила возмущаться, а пожилая дама, живущая рядом, наполовину глухая и сама включает телевизор на полную громкость. Когда Дерия стоит под душем и горячая вода льется ей на волосы и лицо, в комнате раздается какое-то дребезжание. Она вздрагивает, открывает глаза и тут же в них попадает шампунь. Сейчас, наверное, этот сумасшедший кот что-нибудь сбросил со стола или полок. Ну хорошо, не поспоришь, у Одина есть полное право злиться на нее. Она не только по ошибке поставила его в неудобное положение, она о нем просто забыла. Звонит телефон. Пока она смывает с себя гель для душа, телефон замолкает. Она вытирает волосы, накручивает на голову полотенце, а другое полотенце — вокруг себя. Это то же самое полосатое полотенце, которое ей недавно снилось. Что-то заставляет ее прижать полотенце к носу и проверить, не пахнет ли оно металлом. Он не пахнет ничем, ни металлом, ни раствором для полоскания. Оно пахнет, словно с ним ничего и не было. Но у нее из головы не выходит тот устойчивый запах металла, и она спрашивает себя, как это может быть. Может ли человек во сне вообще чувствовать запахи?
Снова звонит телефон. Она снимает рубку, но на другом конце провода молчание. Похоже, трубку уже положили, может быть, кто-то ошибся номером. Или опять там кто-то дышит? На всякий случай она цедит сквозь зубы: «Ты, онанист несчастный!», прежде чем положить трубку. На тот случай, если там кто-то все же есть и он ее слышит.
В ее желудке появляется неприятное ощущение. Чтобы успокоиться, она решает сначала убрать хаос, который только что сотворил Один. Мимоходом она проверяет спальню. Сначала нужно посмотреть на ковер, но там, конечно же, ничего нет. В гостиной ей тоже ничего не бросается в глаза, а в кухне она, правда, находит Одина, который сидит на угловой скамейке и расслабленно лижет свою лапу, но на полу пусто — он, похоже, ничего на пол не сбрасывал. Странно. Что же это был за шум? Может, он послышался из квартиры над ней?
Она наливает воду в чайник и закладывает в ложечку для чая свою любимую смесь трав. Пока чай настаивается, она еще раз решает заглянуть в рукопись Якоба. Строчки успокаивают ее натянутые нервы, словно бальзам.