— В нашем мире есть один вампир, который после обращения держится уже больше века и людей не пьет, но ему повезло, — печаль в голосе водителя показалась мне искренней, — в отличие от большинства, он нашел свою истинную пару (прим. автора: отсылка к “Истинная пара. А вампиры здесь тихие?”).
— Что за истинная пара? — не поняла я, пытаясь сдержать головокружение. Получалось с трудом, меня тошнило и я дико хотела пить. При чем далеко не водички. Вот только при затрагивании этой темы в голове мгновенно возник образ соседа с сигаретой в руках. И вот к чему бы это?
— В нашем мире может произойти… как бы так правильно сказать, — вздохнула вампирша, поправляя свои каштановые волосы. Странно, но она стала выглядеть еще чуточку моложе. Как необычно! — Любовь может произойти. Настоящая. Такая, что на всю жизнь. Это как в романах или любимых среди женщин мелодрам — он видит ее, она видит его и все, судьба, злодейка. Хотят они быть вместе или не хотят, но от истинной пары не сбежать, желание обладать друг другом будет выше каких-то там еще своих потребностей. Да и для вампира найти такую пару просто редкая возможность — кровь такой женщины или мужчины не отравляет тело.
— То есть если я найду свою истинную пару, то могу грызть его сколько душе угодно и ничего мне за это не будет?
— Знаешь, бабуля, — хмыкнул Валера, — ты странную жертву выбрала. Она немного не нормальная, ты это заметила?
— А с тем мозгоклюем никакая другая и не уживется!
— Это вы про своего внука? — ужаснулась я.
— Что ты, милая, — хмыкнула клыкастая, — это я про твоего будущего босса. Он уже стольких секретарш изжил, что никто не хочет к нему идти работать, но у тебя, наша милая Соня, просто нет выбора. Если хочешь стать полноценным вампиром, то потрудись выполнить свою работу.
— Стойте, в смысле стать полноценным вампиром? Так я что, могу вернуться к человеческой форме? — ох, сколько же надежды появилось в моем сердце, да только я явно совершила глупость. Нужно было хранить в себе эту идею, постепенно все разузнать, а не выдавать разом то, что может меня потопить.
— Понимаешь, милая, — женщина скрипнула от злости зубами, но потом взяла себя в руки и продолжила говорить более спокойным голосом, от которого по всему телу пробежали лютые мурашки. — что бы стать полноценным вампиром — нужно для начала умереть. Ты же живой сосуд, поэтому если не сдохнешь от жажды, то возможно, по неясной мне причине, проживешь еще пару лет, но в конце концов твое тело иссохнет. Единственный, кто до сих пор держит себя под контролем, но все равно остается вампиром — тот самый счастливчик с истинной парой. Леонид Вернер.
— Уж не к нему ли вы меня заслать хотите? — стала догадываться я, думая о том, что судьба у меня оказалась не самая завидная.
— Что ты, к нему не подойти так просто. В любом случае, намек ты поняла правильно. Если подведешь — медленно начнешь умирать. Конечно, человеческая кровь немного продлит твою агонию, но в итоге ты сойдешь с ума. Совсем другое дело, когда ты станешь покладистой умницей, начнешь на меня работать и выйдешь замуж за моего внука.
— Я понимаю по поводу работы, — скривившись, я смотрела на женщину, — а ваш внук-то здесь каким боком?
Но женщина ничего не ответила, просто смотрела на меня своими огромными глазами, полными непонимания и молчала. Видимо, ее внук пользуется какой-то особой популярность, и скорее всего за его руку и сердце вампиршы устраивают самые настоящие бои, но мне он даже за просто так не нужен!
Вопросов в голове крутилась уйма, разобраться со всем этим не получалось. Я только-только начала осознавать, что черные бездонные глаза Валеры — не линзы, а клыки, слегка выпирающие над нижней губой, не бутафория. Мне хотелось кричать, плакать, звать на помощь, но я понимала, что ничего хорошего из этого точно не выйдет.
В любом случае… Мама, папа… И брат. Простите меня, но мы с вами не скоро увидимся.
Сердце тут же защемило, нижняя губа стала дергаться, но слезы почему-то не текли.
ГЛАВА четвертая
Я думала, что вампиры живут в катакомбах или в каком-нибудь подземном царстве, но ошиблась. Огромный особняк семейства кровососов ввел меня в ступор. Шикарный дом был явно чем-то защищен от посторонних глаз, потому что раньше, прогуливаясь по центру Питера, я не замечала этого шикарного места. Построенный в готическом стиле, он не вписывался в атмосферу города, вызывал лишь холод в душе и не казался мне доброжелательным. Как и все те, кто в нем жили.