— Вот ведь ужас, — резко выдохнув, я замерла на месте, глядя в одну точку. Мимо пробегали люди, больше похожие на муравьев или хомячков, крутящих огромное колесо под названием “Мир”. Интересно, а есть ли еще во вселенной миры? Другие, не такие, как наш? Может там, где-то в космосе, есть еще одна девочка Соня, только что получившая высшее образование и жаждущая, наконец, найти достойную работу, а не вот это вот все…
Вскоре в голове наступил самый настоящий хаос из мыслей, сменившийся тишиной. Я просто шла вперед, думая о том, что временная работа официантом не так плоха, в принципе можно поискать место, где принимают иностранцев, почему бы и нет…
В этот самый миг меня что-то остановило…
Странное мельтешение сбоку, со стороны пешеходного перехода.
Слегка повернув голову, я заметила, что светофор был сломан, машины мчались на большой скорости, и на тротуаре застыла старенькая немощная бабушка с большими пакетами в руках. И как только тащит их, ума не приложу.
Раньше я бы прошла мимо, не понимаю, что так сильно меня привлекло. Все же она могла подождать, когда какой-нибудь воспитанный мужчина переведет ее через дорогу, но к сожалению воспитанностью у тех, кто стоял рядом не пахло, на бабулю никто не обращал особого внимания, а она, видимо в силу своей застенчивости, просто мирно вздыхала, перетаптываясь на месте.
Ну что за мир такой, ей Богу…
— Вам помочь? — мой голос заставил ее встрепенуться. Видимо она не ожидала, что с ней заговорят.
— Ой, да что ты, милая, — а лицо при этом такое доброе, мягкое. Надо же, я так давно не встречала настолько светлых людей, которые словно излучают из себя лучики солнышка. Улыбка нежная, именно что бабушкина. Я мысленно на миг перенеслась в деревню, когда каждое утро находилась в ожидании пирожков с капустой, а потом быстро уплетала их за обе щеки, сидя за общим столом, где мы собирались всей семьей, — не стоит, я перейду. Вот сейчас машины пройдут и все будет хорошо.
Я постояла рядом, понаблюдала за тем, как машин меньше не становилось, да и на переходе больше никого не появилось, чтобы попросить помочь перейти дорогу.
— Давайте свои пакеты, а то вы так до самого вечера стоять будете.
Я тут же взяла из рук бабушки два пакета и…
Да вы издеваетесь, что ли? Она там кирпичи везет?
— Не тяжело ли тебе, деточка? — а голос при этом такой тонкий, нежный… Уж больно тонкий для такого Шварценеггера!
— Что вы, бабушка, не тяжело, — пропыхтела я, чувствуя, как полиэтиленовые ручки врезаются в кожу пальцев. Да когда уже эта дорога закончится?
Мы медленно переходили дорогу, я внимательно следила за машинами, послала куда надо на чисто русском одного бешеного водителя, но все же перевела старушку …
— Ох, спасибо тебе, родная! — улыбалась божий одуванчик, с легкостью забирая у меня пакеты. Оба сразу… при чем так, будто в них лежал просто воздух. Я что, сплю? Эта бабушка в прошлом была атлетом? Что-то не заметно, если честно, — спасибо, деточка. Так выручила старушку, так помогла! Я дальше сама, ты не переживай…
И главное вздохнула так печально, смотрит как бы невзначай… Черт, моя совесть, что ты со мной делаешь?
— Вам далеко до дома идти? — смилостивившись, я вновь взяла два пакета в руки, узнав, что идти этому божьему одуванчику к ближайшему повороту, а там уже и дом стоит. Отлично просто! Это замечательные новости! Если по дороге найду приличного мужчину, то отдам пакеты ему — пусть выполняет свой долг!
Но, как часто это бывает — жизнь не справедлива, мужчины не совсем мужчины, а бабушка старенькая, да по дороге все время охала.
— Давай присядем на пять минуток, девочка, — и, прихватив себя за спину, она тут же села на пустую скамейку, тяжело дыша, — тебя как зовут, спасительница моя?
— Соня, — ответила я, присаживаясь рядом. Все же отдых и мне нужен был — руки онемели, да что такое в этих пакетах? — а вас как?
— Елена Сергеевна я, — голос старушки на мгновение показался мне более уверенным… да и смотрит она теперь на меня как-то иначе… Странно… Взгляд стал совсем другим, более ярким, живым и… каким-то голодным… ну, домой придет — поест, — а что ж такая юная девушка делает в такой глуши? Да еще и одна совсем?
— Работу ищу, — печально вздохнув, я слегка дернулась, стоило Елене Сергеевне как бы невзначай коснуться моей ладони. Как странно, она такая холодная — ледяная! А на улице тело, лето в самом разгаре. Да и кожа бледная… Видимо болеет чем-то, все же возраст не малый.