Повисло молчание. При чем гробовое.
Хоул глубоко вздохнул, окинул моих родителей довольно спокойным взглядом, а затем начал свой рассказ с самого начала.
Мама с папой внимательно слушали каждое его слово, брат был в ужасе, когда узнал, что прямо надо мной жил самый настоящий маньяк — любитель рыженьких, и что я должна была стать его жертвой. Они уставились на Хоула как на ненормального, стоило ему заикнуться о лекарстве, что он дал мне… Видимо им всем есть, что обсудить и все тщательно уходят от темы моего происхождения…
— Мне кажется, или они тебя боятся? — Василиса сидела рядом с Валерой, который безошибочно определил место нашей локации. Он выглядел скучающим, вечно зевал и спокойно доложил всем о том, что Леона готовится к войне. Она пока правда не знает с кем именно, но что готовится — это точно.
— Боятся, — ответил вместо меня Валера, — мне интересно, почему. Охотница как охотница — сплошные кости и бесконечные истерики. Оправданные, правда…
— А ты бы не истерил, если бы узнал, что на самом деле не человек и родители твои тоже не совсем люди? — Василиса поправила несуществующие очки на своей переносице, сделав это явно по привычке.
— Я истерил, еще как, — так же спокойно ответил Валера, зевая у всех на глазах, — я же вампиром не родился, знаешь ли. Меня кровососом мамочка сделала сразу после того, как съела родного отца. Он, кстати, всю эту эпопею и начал, но я не шибко рад таким воспоминаниям, знаешь ли…
Меня как-то резко затошнило после слов Валеры. Все тут же замолчали, уставившись на вампира.
— А вы думали все было чинно и благородно? — искренне недоумевал мужчина, застрявший в теле мальчика, — и что я хотел на всю жизнь остаться недомужиком? Вы хоть представляете, чего мне стоит найти женщину, согласную на совокупление!
— А давай без этих вот подробностей, а? — взмолилась Василиса вместе с моей мамой, но не тут-то было.
— Ага, бегу и падаю, — все тем же ровным голосом сообщил Валера, глядя на нас с родителями, — вы тут вечно жалуетесь, а мне надоело молчать. Ну скрыли они от тебя, что ты зело злобная тварь для всего магического мира, наверняка защитить пытались — родители же, они у тебя еще не рехнулись на старости лет. Ну общаешься ты с вампирами — злейшими врагами охотников… хотя у них вся нечисть злейшая, кровожадная и вообще не достойная существовать…Подумаешь, клыкастого за руку держишь, подумаешь, чувства к нему испытываешь…
— Валера! — шикнули мы вместе с Хоулом, сами того не ожидая, но вампира было не остановить:
— Ну что опять? Валера то, Валера сё, Валера здесь… — вампир как всегда забрался на жердочку, точнее на спинку стула, и стал балансировать на ней словно попугайчик, — давайте только без истории о Ромео и Джульетте, а? Надоело близких хоронить, сколько можно уже?
— Слушай, — мой брат наконец подал голос, — а ты случайно не Валерьонн де Луи ван де Штрулле?
— Не Штрулле, а Сартье, — все так же спокойно ответил Валера, — и прошу заметить, что моя мамочка чистокровная славянка, и у моего рода есть русские корни! Так что идите вы со своим де Штрулле куда шли, ладно?
— Так ты же половину Европы выкосил… лет двести назад, — все так же ошарашено прошептал брат, уже совсем по-другому смотря на Валеру. Вот вам и Валерик… В его шкафу точно скелеты есть. Там, судя по всему, целая футбольная команда!
— Конечно, выкосил! — подтвердил вампир, — меня кровососом против воли сделали, пить кровь заставляли, пытались подчинить… ну, я и разозлился. Между прочим, я вам заметно жизнь облегчил, охотнички…
Я видела, как у моего отца дернулся глаз, как брат замер с открытым ртом, и только мама смотрела на всех нас как на истинных идиотов.
— А говорящий кот тоже с особой родословной будет? — тихо спросила она, вспоминая бедного Васю.
— Ой, нет, — махнул рукой Валера, — он обычный, дворовый. То есть жил при дворе английских королей, служил на службе у ведьм много лет — травил неугодных. Все равно никто не заподозрит в смерти короля и его семейства пушистого гада, так ведь?
У мамы нервно дернулся глаз, у Димы отвисла челюсть, Хоул закатил глаза, тяжело вздыхая, и все разом хотели было что-то спросить, как у кого-то резко зазвонил телефон…
“Ко-ко, мой пупсик, ко-ко!” — громко кукарекала трубка смартфона, — “ко-ко”, а затем резко “Р-Р-РОТА ПОДЪЕ-ЕМ!”
— Прошу прощение, — Валера с серьезным видом посмотрел на экран своего смартфона, затем поднял трубку, — Боул, хватит названивать. Мы в его квартире. Все живы, с Соней все в порядке… Нет… Нет… Не скажу… Она жива… Нет… Хоул ее в обиду не даст… Да у нее родители чертова нечисть похлеще меня будет… Нет, они рядом… Да отстань от меня! Васе привет. Отбой, красавчик.