— Выбор был небольшой, Эва, — немного сбавляет скорость Ториан и всматривается в поплывший от жара горизонт. — Либо пасть смертью храбрых в государственных разборках, либо бежать в Пустошь.
Небесное светило торчит в самом зените, а это, если вспомнить школьную программу и дополнительные занятия по ориентирование на местности, говорит о полдне. Где-то там был ещё мох на стволах деревьев, кособоко-развитые кроны, норы, дупла и всякая хренотень, что втирали нам в походе физрук с биологом. Хорошее было время…
— Так позвоните больным на голову организаторам квеста. Пусть вытащат нас отсюда или, хотя бы, привезут воду с едой, — недовольно бросает эта Эва, шокируя своими словечками мужчин.
— Чего сделать? — выдавливает Седорик, дёргая рукой в попытке потеребить бороду, но вовремя вспоминает о девушке, которую следует держать. — Позвонить? Это как?
— По телефону, — никак не угомонится девчонка. — Мобильная связь. Спутниковая. Что-то здесь да ловит.
— Я так понимаю тебе знакомы словесные обороты Эвелины? — шелестит мне на ухо Льдинка, поплавившаяся мозгами. Так я и призналась.
— Бредит, наверное, — отмахиваюсь, пряча за небрежность радость. — Со страху.
— Ксарк рассказал нам, что вы чужемирки, — тихо подтапливает меня Ториан. — Откуда ты, Лара?
То ли от неожиданности, то ли коник попал копытом в ямку, я прикусываю язык, морщась от боли. Во рту влажно и противно от крови. Вот и попила дурёха.
— Я Лара, — упрямо повторяю заученную фразу. — Племянница Седорика. Дочь Брута и Маруши.
— Это ты Нирану будешь говорить, — сжимает рукой рёбра, притискивая ближе к себе. — Если поймает. А я хочу услышать правду. Как звали тебя в твоём мире?
— Женя, — сдаюсь. Не четвертует же меня Льдышечка. Не просто так он пришёл мне на помощь, зная о переносе. Будет защищать, не смотря ни на что. — Евгения.
— Жжженя, — урчит сзади Ториан, прокатывая моё совсем не бархатное имя по языку. — Красиво. Меня можешь звать Тор.
— Тогда уж Торик, — прыскаю от смеха, расслабляясь окончательно. — Я с Земли. Культурная столица России. Санкт-Петербург. Ехала на машине и разбилась. Провалилась в темноту, а очнулась в теле Ларелии.
— Твоё внедрение пробудило у Лары дар? — любопытствует он, шевеля дуновением выдоха растрепавшиеся волосы.
— Нечто сказало, что огонь мой. И что я должна быть в Пустоши, — делюсь наболевшим. — Оно пришло ко мне в сон. Сначала показало мои похороны, а потом поделилось целью переноса. Только непонятно говорило. Будто в программу «Угадай с трёх нот» попала.
— Тор, за нами погоня! — обгоняет нас на полкорпуса лошади Седорик и указывает назад.
Ториан натягивает поводья, и его конь переходит на шаг, постепенно останавливаясь. Глянув на горизонт, я непроизвольно прикрываю ладонью рот. В поднятой копытами пыли, в нашу сторону несётся отряд, чернеющий тучей на фоне безоблачной синевы.
— Нам не оторваться, — напрягается Ториан, становясь твёрже камня. — Если это Ниран, то ему нужна Лара. А с Эвой попадать к нему нельзя. Вы скачете к барханам и теряетесь среди них, а мы встречаем гостей. Меня с Ларелией никто не тронет, а вас казнят без разбирательств. Разделившись, у нас есть шанс.
Больше не говоря не слова, Ториан разворачивает коня и несётся навстречу недругам.
— Если там люди Нирана, то забудь, что тебя зовут Женя, — рычит, подгоняя и так уставшую лошадь. — Ты Ларелия Нарави, дочь Карлоса Нарави. Была похищена Ксарком и спасена мной. Эвы с нами не было. Сед отстал и затерялся. И ничего не бойся. Я придумаю как тебя вытащить.
Легко сказать «не бойся». Приближаясь к неизбежному вижу, как туча распадается на всадников, и они слишком сильно превалируют количеством нас. Красная тряпка, развевающаяся на крупе коня, не оставляет никаких сомнений, что догоняет нас не Ксарк.
Глава 35
Ксарк
Множество огненных шаров летит в нашу сторону, врезаясь в замок и выплавляя в нём дыры, налетая на моих воинов и прореживая плотный строй. Удерживая стену, проталкиваю её на неприятеля, вспахивая между нами вековые пески. Рядом Арвал посылает в стан противника хлёсткие удары пламени, прицельно выкашивая магов одного за другим.
Везде огонь, кровь, вонь горелой плоти, крики, стоны. К тому времени, как завывающая волна пламени достигает теодорийское войско и обрушивается на первые ряды, треть моих воинов выведена из строя. Убитые, тяжело раненые, получившие ожоги и нуждающиеся в помощи.
— Долго мы не простоим, — рычит Арвал, сосредоточенно скручивая снаряды и отправляя их вслед моего шквала огня.