Я всеми своими нервными окончаниями чувствую исходящее от Смолина напряжение, вот-вот случится взрыв. Сильнее сжимаю его руку и отвечаю, прежде чем рванет:
— Образование у меня среднее профессиональное, а попала на работу я как все, отозвалась на вакансию.
В подробности мне вдаваться не хочется.
Ну не рассказывать же в самом деле, что меня просто прикола ради взяли, потому что желающих работать на этого тирана больше не нашлось.
Впрочем, не такой уж и тиран, если подумать. Заботится вон, по-своему, конечно, но все же.
Как часто влиятельные богатые мудаки проявляют заботу о каких-то там секретарях?
От этой мысли я непроизвольно улыбаюсь, но тут же себя одергиваю. Неуместно вроде как.
— Простите, Мария, мы не ослышались? У вас нет высшего образования? — в наш диалог вклинивается Наталья.
Мгновение ощущаю себя ребенком нашкодившим. Мое внимание вдруг привлекают Риточка и сестра Смолина, девушки, не скрывая непонятной мне радости, о чем-то перешептываются.
О манерах, видно, здесь только я забочусь.
— Нет, высшего нет, — отвечаю, глядя ей в глаза и считывая ликование на лице.
Серьезно?
— Ты взял девочку без образования? — то ли с удивлением, то ли с осуждением, спрашивает Елена Михайловна. — Мне казалось, у тебя требования несколько выше, — а вот это точно претензия.
— Мама, лучше прекрати, — бросив на тарелку салфетку, предостерегающе цедит Смолин.
— Ладно тебе, братик, это же просто вопрос, мы все наслышаны о твоей… — она делает паузу, — требовательности, даже сюда слухи дошли. Конечно, нам всем интересно, как же так вышло, что ты выбрал Марию.
— А ты, Лера, поменьше слухи собирай, может и вопросы глупые возникать не будут.
— Слава! — возмущенно восклицает Елена Михайловна. — Прекрати грубить, у нас в конце концов гости, что они подумают.
Мне происходящее кажется каким-то абсурдным спектаклем, я реально теряю дар речи, а со мной такое случается крайне редко.
В принципе я начинаю понимать Смолина.
Вообще, учитывая не слишком теплую встречу, стоило ожидать чего-то подобного, но если честно я скорее ждала колкостей со стороны отца семейства, его супруга хотя бы пыталась быть тактичной в самом начале, теперь же судя по всему прорвало. А вот Павел Сергеевич напротив проявляет чудеса выдержки и спокойствия.
Ну хоть кто-то.
— Мне совершенно плевать, что подумают ваши гости, мама, — а вот это мне уже совсем не нравится.
— Слава! — одновременно восклицают мать и сестра Смолина.
А я с каким-то неправильным удовольствием наблюдаю реакцию Натальи и ее дочери. Дамочки явно не привыкли к подобному обращению.
— Что Слава?
— Как тебе не стыдно? Ты должен извиниться, немедленно!
— Я? — он отодвигает стул и поднимается на ноги. — А перед Машей вы извиниться не хотите? Или вы забыли, что она тоже гость? Мой гость, мама.
Ой-е. Я вообще-то не из робких особ, но что-то меня начинает трясти.
— Вставай, — он резко поворачивается ко мне, а до меня не сразу доходит, что от меня требуется.
— Что?
— Мы уезжаем, — произносит безапелляционно.
Я пару секунд перевариваю его слова, но тут же вскакиваю, как только слышу привычный рев этого ненормального:
— Маша!
— Извините, — зачем-то извиняюсь перед всеми.
Смолин за это время уже успевает дойти до двери и мне приходится чуть ли не бежать следом.
О том, как все это выглядит, я стараюсь не думать. Пусть этот псих думает, его же семья.
Внезапное шоу, устроенное Смолиным, на несколько секунд вводит всех в ступор. Мы успеваем уже покинуть кухню и дойти до прихожей, когда в спину доносится голос хозяйки дома.
— Слава! Да что на тебя нашло, куда ты собрался?
— В гостиницу, разве это не очевидно?
— В какую еще гостиницу?
— Дорогую и комфортную, — раздраженно отвечает Смолин.
Пока я наблюдаю за перепалкой матери и сына, откуда ни возьмись появляется Станислав Михайлович. В руках он держит нашу верхнюю одежду.
Ну ничего себе сервис. Вот это я понимаю.
— Слава, прекрати немедленно! — Елена Михайловна значительно повышает голос.
— Одевайся, — командует Смолин, не реагируя на мать, и лишь когда я, спохватившись, начинаю натягивать кроссовки, добавляет: — я все сказал, мама.
Женщина продолжает возмущенно причитать, Смолин что-то говорит в ответ, но я уже не вникаю. Просто отключаюсь, погрузившись в себя.
Уже через несколько минут мы выезжаем с территории особняка. Поворачиваюсь к окну, не зная, что еще делать. Пальцами перебираюсь пояс своего плаща. Как-то некрасиво получилось все же.