— Слав, давай отойдем, мне надо с тобой поговорить, — я ожидаемо напрягаюсь, когда до меня доходит смысл брошенной Еленой Михайловной фразы.
— Мы можем поговорить здесь, — немного резковато отзывается босс.
Елена Михайловна вскидывает брови и недовольно поджимает губы.
Мне становится не по себе, я вообще не люблю находиться в центре чужих ссор, тем более семейных.
— Слава, прекрати, пожалуйста, — уже менее дружелюбно продолжает Елена Михайловна.
Я перевожу взгляд с женщины на босса. Они оба упрямые и не собираются друг другу уступать. М-да, у них, видимо, вся семейка такая.
Тихо вздохнув, я отпускаю руку Смолина, в ответ на что ловлю его удивленный взгляд.
Пожимаю плечами и киваю, надеясь, что он меня поймет без слов.
Да, я сама просила его не оставлять меня, но он ведь ненадолго.
А лишний раз становится яблоком раздора мне совсем не хочется. Тем более когда вокруг полно людей.
Босс наклоняется к моему уху, и шепчет очень тихо, так, чтобы только я слышала.
— Я быстро.
В ответ я снова киваю и выдавливаю из себя вежливую улыбку.
Провожаю взглядом мать и сына, смотрю им в спины до тех пор, пока меня не отвлекает низкий женский голос:
— Хорошо выглядите, вам идет.
Ах да, Наталья Владимировна.
Я уже успела о ней забыть.
И вот же надо, вроде комплимент сделала, но таким тоном, словно в душу плюнула.
— Спасибо, — отвечаю сухо.
У меня вообще нет желания поддерживать разговор, но кто меня спрашивает, правда?
— Думаете, этого достаточно? — спрашивает ехидно.
— Что, простите? — конечно я понимаю, о чем она спрашивает, но все равно решаю прикинуться дурочкой.
Может отстанет быстрее.
— Я говорю, думаете, смазливой мордашки достаточно, чтобы удержать мужчину такого уровня?
Нет, сама она не отстанет.
— А вас, простите, это как касается? Или вам мой совет требуется? Так вы вроде бы уже замужем, — ладно, притворяться дурочкой я не очень-то умею, — боюсь, вам мне помочь нечем, — ухмыляюсь, довольная собой.
— Зря иронизируешь, деточка, он с тобой поразвлекается, да забудет. На секретаршах не женятся, их только пользуют.
Вот же… собака женского пола.
— По своему опыту, наверное, судите, да? И как часто вас просто пользовали? — я понимаю, что грубо, но ведь и она в выражениях не стесняется.
А я не из тех, кто лезет за словом в карман.
— Да как ты…
Она резко дергается вперед.
— Не стоит, — предупреждаю, выставив перед ней руку, — в следующий раз, желая кого-то задеть, убедитесь, что оппонент вам по зубам, я полжизни провела в деревне, там принято говорить одно слово, а в ответ получать десять. А если словами не доходит, то объясняют иначе, так что лучше руки держите при себе, если не хотите испортить свою дорогую прическу.
Дамочка злобно кривит губы, но язык предусмотрительно держит за зубами. И правильно. Там где я выросла за подобное бы за волосы оттаскали, да по холеной физиономии прошлись, чтобы неповадно было.
Краем глаза замечаю приближающихся к нам босса и Елену Михайловну.
И судя по выражению лиц обоих, разговор не задался.
— Все хорошо? — спрашивает меня босс.
Перекошенное от злости лицо Натальи Владимировны, естестественно, не ускользнуло от его внимания. Женщина буквально приобрела пунцовый оттенок. Как бы ее удар не стукнул. Возраст все-таки, давление.
— Да, все отлично, — улыбаюсь в ответ.
Ну не жаловаться же, честное слово. Исподтишка смотрю на Елену Михайловну.
Внимание сына к моей скромной персоне ей по-прежнему не нравится.
— Слава, я еще раз прошу тебя подумать…
— Я все сказал, мам, и очень надеюсь, что ты меня услышала, — он резко ее обрывает, бросает на мать предупреждающий взгляд, и даже у меня мурашки по спине пробегают, настолько он леденящий, пронзительный, — пойдем, мне надо выпить, — он берет меня за предплечье и ведет к середине зала.
Там как раз между гостями прохаживаются официанты, предлагая напитки и легкие закуски.
Тормознув официанта, босс снимает с подноса бокал с каким-то твердым напитком.
— Будешь? — спрашивает.
— Вы шутите, да? — намекаю на сегодняшнее утро.
Нет уже, спасибо.
— А я выпью, если ты не против, — он пожимает плечами и в пару глотков опустошает бокал.
— Все так плохо? — уточняю осторожно.
— Хуже, все как обычно, — усмехается босс, и ставит пустой бокал на поднос проходящего мимо официанта. — Что она тебе сказала?