Я облегченно выдыхаю, радуясь тому, что получилось так просто отделаться от нового знакомого.
Пока Дэн и Кир не вернулись с напитками, решаю сбегать в туалет. Мне нужно немного успокоиться. Честно говоря, этот Колян, несмотря на то, что ничего страшного не произошло и пострадало только мое самолюбие, меня напугал.
Захожу в дамскую комнату, подхожу к раковинам и включаю воду. Умываюсь наспех, пытаясь охладить горящие щеки.
Пожалуй, мне чаще стоит выбираться в люди, чтобы не реагировать так остро на всякие мелочи.
Выключаю воду, срываю сразу несколько бумажных полотенец из держателя и вытираю лицо, радуясь отсутствию косметики.
Возвращаюсь за столик одновременно с Деном и Киром. Парни, довольные собой, тащат полные подносы с напитками.
Беру свое пиво, делаю глоток и ставлю на столик, но при этом стараюсь не сводить с него взгляда. Как будто опасаясь, что кто-нибудь решит подсыпать мне какую-нибудь дрянь в бокал. Глупо, конечно.
Колян вроде отстал, остальные парни из его компании доступа к моему стакану не имеют, да и в целом на меня никакого внимания не обращают, по сторонам от меня Дэнчик и Олег, а их я знаю давно, ребята они хорошие и никогда бы ничего подобного себе не позволили.
Но несмотря на все эти доводы, я продолжаю коситься на свой бокал и как-то совсем теряю запал на развлечения. Меня от размышлений отрывает звонкий женский смех. Девчонки явно довольны расширением нашей скромной компании, а мне напротив хочется уйти, но, наверное, это будет не очень красиво с моей стороны, а потому я решаю побыть еще немного, допить свое пиво.
Еще минут через пять возвращается Колян. Пожалуй, я себя накручиваю, но мне все время кажется, что я чувствую на себе его взгляд, однако, стоит мне взглянуть в его сторону, ничего подобного не замечаю.
Да, Маша, кому-то точно нужно отдохнуть.
Убеждаю себя, что все мои опасения — плод бурной фантазии. Меньше надо читать серии про маньяков, ага.
Я почти допиваю свое пиво, когда вдруг начинаю странно себя чувствовать. Сначала сбрасываю все на игру подсознания и самовнушение, но вскоре понимаю, что мне действительно нехорошо. Становится очень жарко, кожа буквально полыхает, и учащается сердцебиение, а обстановка перед глазами начинает плыть. Смотрю на свой бокал, щурюсь, пытаясь остановить начинающую кружить карусель, стараясь сохранять ясность мыслей.
Неужели я настолько себя накрутила, что вызвала реальные симптомы? Я почти не выпускала бокал из рук, в него точно никто не мог ничего подсыпать. Пиво безалкогольное, а потому нет никакого рационального объяснения моему состоянию, но симптомы никуда не деваются, наоборот, мне становится хуже.
Понимая, что дело не в самовнушении и надо что-то предпринимать, окидываю плывущим взглядом ребят. Все уже навеселе.
Пока еще соображаю, судорожно пытаюсь построить план действий. Что делают в таких случаях? Правильно, просят кого-то приехать. Правда, мне и позвонить некому. Все, кому я могла бы позвонить — уже здесь.
Здесь.
В голову приходит одна единственная верная мысль, хватаю свою сумочку и встаю. Пошатнувшись, практически заваливаюсь обратно, но меня удерживает Ден.
— Ты чего, Маш? — он уже тоже слегка подвыпивший.
— Извини, дашь пройти, мне надо в уборную, — стараюсь говорить ровно, но чувствую, как заплетается язык.
Что-то не так, что-то совершенно точно не так!
Дэн отодвигается, позволяя мне протиснуться между его коленями и столиком.
Я практически бегу в туалет, залетаю в кабинку и запираюсь изнутри. Опускаю крышку унитаза и сажусь сверху. Трясущимися руками достаю из сумочки телефон, пальцы не слушаются и телефон практически вылетает из рук. Черт.
Меня бросает то в жар, то в холод, и я с трудом отыскиваю номер единственного человека, которому точно могу доверять.
Нажимаю на кнопку вызова и проклинаю длинные гудки.
Один. Второй. Третий. Кажется, вызов длится вечность.
— Да, — звучит голос босса и я прикрываю глаза от облегчения, — Маша, я тебя слушаю, — произносит слегка раздраженно.
— Вя… вячеслав Павлович, я… — всхлипываю, потому что только теперь осознаю, какую глупость творю.
— Маша? — его тон резко меняется. — Что случилось? — спрашивает обеспокоенно.
— Мне нехорошо, я не знаю, но я…
— Где ты? — перебивает грубо, а я чувствую облегчение.
— В туалете, внизу, в женском. Я…
— Я сейчас подойду, жди меня там, — он отключается, а я еще некоторое время продолжаю сидеть в кабинке.
Ноги затекают и я решаю покинуть свое убежище, к тому же Смолин должен вот-вот подойти.