Выбрать главу

На второй день Нэлла сделала попытку встать. Горло до сих пор болело, голос хрипел, дышалось тяжело. Дарсий под ее нажимом сознался, что прежнего голоса у нее не будет, так как яд сжег голосовые связки. И это еще чудо, что она говорит. Эннелия билась в истерике, но не долго. Она кричала, что Лорд ее сейчас ни за что не полюбит. Нелли снова быстро вправила ей мозги — «скажи спасибо, принцесса, что жива осталась». И если Лорд полюбит ее, то на такую мелочь, как голос внимание никогда не обратит.

Когда Нэлла добралась до зеркала, ужаснулась — осунувшееся лицо, губы под коричневой коркой, которая потрескалась и из-под нее выступают капельки крови, синяки под глазами, впалые щеки, всклокоченные волосы. После того, как Лиз и Анни вымыли ее, причесали и одели в чистое платье, она стала выглядеть немного получше. Но слабость еще мешала твердо держаться на ногах, поэтому верные служанки постоянно сопровождали ее.

Она прошла в свой кабинет, куда тут же пришел Юрген.

— Моя госпожа, я рад, что Вы нашли в себе силы подняться! — его голос выражал искреннюю радость. — Позволите доложить Лорду, что Вам уже лучше?

— А чем он сейчас занят? — хрипя, как прокуренный гопник, спросила Нэлла.

— Он сейчас гуляет по саду вместе с гостьей.

— Оставьте его, пусть гуляет. Но вот о гостье я бы хотела поговорить с Вами и пригласите Вирасса. Но только так, чтобы ни Лорд, ни его гостья не знали об этом. Хочу поделиться своими размышлениями.

Через полчаса Юрген и Вирасс задумчиво смотрели на Нэллу, выслушав ее предположения о причине появления Лессандры. Она не стала скрывать весь расклад, в котором устраняют всю императорскую семью и на трон всходит Лорд, за которым стоит второй советник. Чем больше они получат информации, тем лучше будет план.

— Мне только интересно, как Нарессий уговорит Лорда на заговор? — задался вопросом Юрген.

— Не знаю, может артефакт какой есть? — предположила Нэлла. Она уже приняла, что в этом мире есть магия и было бы не плохо узнать о ней побольше.

— Думаю, что есть. Подчинять волю наши маги-менталисты научились. Есть еще артефакты. Хорошо, что император пришлет своих людей. Думаю, у нас есть немного времени, чтобы вывести на чистую воду Лессандру и ее отца.

Пока Юрген и Вирасс снова молчали, обдумывая услышанное, Нэлла наконец поняла, какая мысль давно не давала ей покоя.

— Гесси Юрген, а скажите мне, можно ли отследить мое приданое, которое было похищено при нападении? Ведь там были какие-то артефакты. Их же можно как-то отследить? — Она чуть не проговорилась, что на Земле по похищенному имуществу находят преступников, но во время замолчала.

— Можно и наши маги пытались найти его. Но оно бесследно исчезло недалеко от места нападения. Мы полагаем, что оно спрятано под покровом Тьмы. А это подвластно темным магам. Но рано или поздно кто-то захочет надеть на себя похищенные украшения. Вы помните, что там было?

— Не знаю, после ранения я потеряла память. Но возможно могу что-то почувствовать рядом с нашими украшениями и артефактами, так как их все заговаривают на императорской крови.

— Замечательно. Но прошу, мисси Нэлла, не выдайте ничем, что чувствуете их рядом с собой. Просто дайте мне знак.

— Какой? Надо придумать кодовую фразу, ну вроде того — «мой друг, я бы съела мороженое, а то горло разболелось».

— Что такое мороженое? — удивленно спросил Юрген.

— Что-то похожее на охлажденное суфле из сливок и сахара. — Нэлла дала себе мысленную оплеуху за то, что опять не следит за своими словами.

— Интересно, я такого никогда не слышал. Может это и имеет смысл? Никто не поймет, кроме нас.

— Мы будем сообщать обо всем Лорду? — спросил Вирасс.

— Пока нет, если он узнает, может сломать всю игру, — задумчиво проговорила Нэлла, вспоминая земные фильмы о поимке шпионов, преступников и прочей нечести. — Пусть он будет приманкой. Будем играть с ним в темную. А если рассказать, то может проколоться при общении с Лессандрой.

Юрген и Вирасс заулыбались ее словам, но Нэлла, ушедшая в свои размышления, не заметила их переглядываний. Обговорив свои действия, Вирасс ушел нести службу, а Юрген обратился к Нэлле:

— Госпожа, я полагаю, что если Вы мне расскажете правду, будет гораздо легче общаться.