– Моя Госпожа, – муж поцеловал меня вначале в левую ногу, затем в правую. – Я позволю себе наглость и не соглашусь, так как считаю, что такие философские вопросы требуют диспута и, без диспута, без объективного просмотра со всех сторон, являются просто мечтами.
– Вот как… – я поглядела на мужа. – Ладно, давай поговорим на этот счёт. Можешь временно со мной не соглашаться.
– Так вот я считаю, что ношение поясов верности всеми без исключения…
– Ты ноги целуй-целуй, – перебила я. – Мне нравится когда ты у моих ног.
– Ношение поясов верности всеми без исключения мужчинами приведёт к поголовной импотенции, – продолжил муж, целуя мои ноги. – Но даже не это главное. Главное то, что это просто мечта. Это может получиться в отдельной группе людей, пусть даже относительно большой. Однако в масштабах даже страны, пусть и маленькой, это уже невозможно. В масштабах мира, так и вовсе… даже не фантастика… несбыточная мечта. И на это есть несколько причин. Во-первых, на планете живёт дофигалион народов и народностей со своими традициями и устоями, в которых пояс верности будет считаться даже не идиотизмом, а признаком умственных отклонений. Во-вторых, его банально легко снять. Даже такой, как на мне, с креплением за талию. Перекусить его ножницами по металлу – раз плюнуть. Ну, может и не раз, но возни, максимум, минут на десять. В-третьих, и в самых главных, мужчину так не удержать. Мужчина, как и кот, может быть только с той, с которой он решит быть. Да, мужчина может носить пояс верности, но, только если он сам этого хочет. Исходя из этого, мы видим, что для того, чтобы все мужчины носили пояс верности, с начала полового созревания и до смерти, у нас у всех должна быть одна культура, одни традиции. И эти традиции должны быть изначальными. То есть, чтобы все половозрелые мужчины носили пояс верности, нашу планету требуется заселить новым человечеством, где будет активно культивироваться ношение пояса верности. И только тогда, может быть, это и будет осуществимо. Но, в этом случае, появятся новые проблемы. Например, всегда будут находиться мужчины, которые захотят удалить пояс верности. Даже если это будет преступлением, за которое серьёзно будут карать, всё равно такие будут. К тому же за поясом верности нужен уход. Без ухода он станет крайне опасен. А как мужчина сам будет ухаживать? Ведь за ним должна следить хозяйка ключа. А если у этой хозяйки много таких подопечных? А если нет хозяйки? Это я уж молчу, что мужская импотенция взлетит просто до высот и вы, женщины, сами начнёте драться за крепкий мужской…
– А если будут специальные государственные учреждения, куда мужчина будет приходить, и там ему будут проводить все необходимые процедуры? – предложила я. – И с чего ты решил, что женщины там за что-то будут драться?! – хмыкнула я. – Сегодня уже для того, чтобы родить детей не обязательно заниматься сексом.
– А как будто вам, женщинам, секса не хочется, – улыбнулся муж. – Вы о нём думаете не реже мужчин, на самом деле. Это базовый инстинкт продолжения рода. Он заложен в нас так глубоко, что его не вытравить оттуда. Мы, люди, все частенько думаем о сексе, особенно когда вблизи есть потенциальный партнёр. И пол человека не играет никакой роли. А, как раз, на это влияют устои общества. В общем, если эти устои сменить, а мужчин запереть в пояса верности, для чего, как мы помним, нам потребуется заменить человечество, то все женщины превратятся в вечно неудовлетворённых нимфоманок с очень скверным характером, потому что они банально не смогут удовлетворять базовую потребность, заложенную в нас природой. А вот скверный характер таких неудовлетворённых фурий вызовет уже войны и всё начнётся по новой. Только мужчины будут в поясах верности. Да и, кстати, специальные государственные учреждения и искусственное оплодотворение могут быть только в более развитом обществе, а это общество попросту не доберётся до такого развития, так как вымрет раньше, ведь мужчины будут в поясах верности, с эрекцией будет всё печально… женщины поголовно недотраханные фурии… В общем, не хотелось бы мне жить в придуманном тобой мире, – посмотрел он на меня.
Понятия не имею почему, но я намокла. Хотелось секса. Может быть потому, что с Игнатом сегодня всё обломилось? Он часа за два до конца рабочего дня уехал по поручению генерального.
И я подумала: а почему и нет?
– Стань сюда, – указала я на место, рядом с кроватью. Когда муж подчинился, я сняла с запястья ключик и открыла пояс верности, что стало для супруга гигантским сюрпризом. – Возьми меня, – раскинулась я на кровати.