– Потому что это так называется, – пожала плечами, медленно отпивая алкогольный напиток, похожий на вино на абрикосах.
– Первый раз слышу такое название. – И ненадолго задумался, как будто перебирая в голове все ему известные названия блюд.
– Ты от меня и не такое услышишь, – хихикнула, поглядывая на Салганта из-под ресниц, прикрываясь кружкой.
– А ты изменилась… – и с этими словами во взгляде неуловимо что-то поменялось. Нет, он не растаял от моей наивкуснейшей стряпни, не погрузился в розовый туман от моей неземной красоты, не поменял мнение обо мне, но та стена, что была воздвигнута не мной, пошла маленькими трещинками.
И я как глупая девчонка расплылась в широкой улыбке.
– Или эта очередная твоя подстава, – сам с собой рассуждал, вертя кружку, казавшуюся маленькой в его огромной ручище.
А ведь он даже не пригубил ни разу. Осторожничает. И я не могу обижаться на это, прекрасно его понимая.
– Не подстава, не розыгрыш, не злобный план, – мне хотелось раз и навсегда донести до него, что я тут сижу с ним рядом, в его доме, без продуманной стратегии и никогда по собственному желанию не наврежу ему и его репутации. – Я правда изменилась. Пусть ты в это не веришь, но пройдет день-второй, и ты увидишь меня другой. Ведь человек не может вечно притворяться? – с долей печали смотрела в грозовые тучи, которые, к счастью, постепенно рассеивались с произнесенными мной словами, а напряженное лицо расслаблялось, разглаживая морщинку меж глаз.
– Посмотрим, – вынес вердикт Салгант.
– Посмотрим, – подтвердила, ни капли не сомневаясь в своих «суперспособностях».
Конечно, Салгант не стал меня провожать. Просто сказал: «Как дошла сюда, так и уйдешь спокойно своими ножками». В этом мире не слышали о джентльменских манерах, или это только он такой «воспитанный»? Чурбан неотесанный!
Когда зашла домой, меня ждал семейный ужин. Мать Париса расстаралась на славу. Стол ломился от изобилия мяса разного вида. Вот что значит, когда в семье есть добытчик.
Опасливо поглядывая на огромную голову некогда живого существа, расположилась на максимальном расстоянии от нее. Стараясь не смотреть в ее мертвые глаза. Есть ее я точно не стану!
Еще не скоро привыкну к окружающей меня действительности. Что живу среди этого, в поселении охотников, где каждый третий – настоящий профессионал в этом. Смогу ли я стать одной из них? Очень сомневаюсь.
– Эйтлина, я решила порадовать тебя после случившегося, и мы собрались всей семьей. – Париса забежала в зал, на ходу сбрасывая фартук, и суетливо обошла всех по кругу, накладывая в тарелки то, что считала нужным.
– Как провела время с Анвилем? – я чуть не подавилась напитком, похожим по вкусу на квас, но практически прозрачным по цвету.
– Дочь, с тобой все хорошо? – первый раз подал голос отец Беон, пугая меня своим громким басом.
– Все нормально, и да, мы отлично провели время вместе, не беспокойтесь. – Знали бы вы, с кем я была на самом деле, как бы тогда отреагировали, родители?
– Мы очень рады, что ты уже определилась с первым мужем. Анвиль неплохой мальчик. Если его держать в узде, то из него может что-то получиться. Но тебе нужно общаться и с остальными парнями. И если хочешь, мы можем помочь в выборе, – все это отец Вандон говорил с теплой улыбкой, но на Анвиле замялся, явно выдавливая из себе положительные слова в его сторону.
Не нравится он им, ой как не нравится! В этом я их полностью поддерживаю. Не собираюсь я нянчиться с мальчишкой, и вообще не собираюсь я замуж за нескольких мужиков. Хотя бы не так быстро.
– Да, ты прав, мне нужно больше общаться с остальными претендентами, и я этим обязательно займусь с завтрашнего дня. Но выбрать я хотела бы сама. Все-таки мне жить с ними всю оставшуюся жизнь. – Вот и повод уходить каждый день из дома, и я спокойно могла бы сбегать к упрямому отшельнику.
Вандон согласно кивнул, давая мне «зеленый свет», но вот Беон нахмурил брови, недобро поглядывая на своего со-супруга. Кажется, кто-то уже подобрал мне женихов.
– Наверное, ты ждешь не дождешься свою настоящую первую охоту, – решила сметить тему мать Париса на еще более неприятную.
– Ну, я даже не знаю… – Блин как отвечать?
Озма мне внятно объяснила, что теперь мне не отвертеться, и это моя жизнь, со всеми вытекающими. Но как же сложно. Я же ничего не умела! И времени не так много, чтобы подтянуть свои нулевые навыки до режима «сохранить свою шкуру».
– Конечно, готова! Я через два дня поведу ее к дереву предков, и она всем , из какой она семьи, – с гордостью сказал рыжеволосый Беон, ударив себя в грудь.