- Неважно, мне они и даром не нужны. Кто их станет покупать? А вот эти... - Ростовщик достал безмен и взвесил по отдельности серебряные и бронзовые монеты. Затем пощелкал костяшками маленького медного абака и объявил: - Чуть меньше одного солида. Ладно, дам тебе ровно солид.
Пэдуэй не спешил отвечать. Внутренне он был готов взять то, что дают, так как терпеть не мог торговаться, да и все равно не знал, что сколько стоит. Но для поддержания престижа требовалось тщательно взвесить предложение.
С улицы донеслись голоса, и в дверь ввалился посетитель - шумный краснолицый здоровяк в кожаных штанах и полотняной рубахе. Его огненно-рыжие усы грозно торчали в стороны, длинные волосы были собраны сзади в хвостик. Он широко улыбнулся Пэдуэю и восторженно взревел:
- Ho, friond, habais faurthei! Alai skaljans sind waidedjans.
"О Боже, еще один язык!" - подумал Пэдуэй.
- Простите... Не понимаю.
Здоровяк немного сник и перешел на латынь:
- Глядя на твою одежду, я решил, что ты из Херсонеса. Не могу молчать, когда на моих глазах надувают такого же простого гота, как я!
Он разразился оглушительным смехом. Пэдуэй даже вздрогнул от неожиданности; и тут же помолил Бога, чтобы никто этого не заметил.
- Благодарю. Сколько же стоят эти монеты?
- А сколько он тебе предложил." Пэдуэй сказал.
- Тебя гнусно обманули! - воскликнул гот. - Ну-ка, заплати ему по справедливости, Секстус, не то ты у меня проглотишь все свое серебро. Ха-ха-ха, вот было бы забавно! С.Дентатус тяжело вздохнул.
- Хорошо, хорошо. Полтора солида. Так можно и ноги протянуть, если каждый будет лезть не в свое дело! Пока ростовщик отсчитывал на стойке девяносто сестерций, гот спросил:
- Ты откуда, чужестранец? Из земель гуннов?
- Еще дальше, - ответил Пэдуэй, - из Америки. Не слыхал?
- Признаюсь, нет. Это любопытно. Я чертовски рад, что встретил тебя, по крайней мере будет что рассказать жене. А то она уверена, что стоит мне попасть в город, как я прямиком бегу в бордель, ха-ха-ха! - Гот порылся в маленькой сумочке и вытащил массивный золотой перстень и неограненный камень. - Секстус, смотри, опять выпал... Укрепи-ка его, а? И не вздумай подменить! Когда они вышли на улицу, гот понизил голос и доверительно сообщил:
- Сейчас я в городе по делу - на мой дом наложили заклятье.
- Заклятье?
- Дома мне тяжело дышать. Я хожу вот так... - Он астматически запыхтел. - А стоит выйти - все нормально!..
- Скажи-ка, - задумчиво произнес Пэдуэй, - ты животных в доме держишь?
- Только собак. Скотину мы, конечно, в дом не пускаем. Хотя вчера заскочил поросенок и удрал с моим ботинком. Пришлось бегать за ним по всему двору. Вот зрелище было, ха-ха-ха!
- Не держи собак в доме и каждый день хорошенько проветривай, посоветовал Пэдуэй. - Может быть, одышка пройдет.
- Гм-м, любопытно. В самом деле?
- Не знаю. Некоторым тяжело дышится из-за собачьей шерсти. Попробуй,
- И все же, думаю, это заклятье, Я перепробовал уйму средств: от лечебных снадобий до зуба святого Игнатия. Без толку! - Он чуть замялся. Не сочти за обиду, дружище... Кем ты был у себя в стране?
Пэдуэй стал лихорадочно соображать, ища выход из тупиковой ситуации, и вдруг вспомнил о принадлежащих ему нескольких акрах земли в Иллинойсе.
- Земледельцем, - довольно уверенно заявил он.
- Здорово! - взревел гот, так хлопнув Пэдуэя по плечу, что Мартин едва не упал. - Я - добрая душа, но не люблю, понимаешь, знаться с людьми много ниже или выше меня по положению, ха-хаха! .. Невитта. Невитта, сын Гуммунда. Будешь проходить по Фламиниевой дороге - заглядывай. Мои земли в восьми милях отсюда к северу.
- Спасибо. Меня зовут Мартин Пэдуэй. Где здесь можно снять приличную комнату?
- Если бы я не собирался сорить деньгами, то выбрал бы место ниже по реке. У Виминала полно постоялых дворов. А хочешь, помогу? Мне спешить некуда. - Гот пронзительно свистнул и заорал:
- Hermann, hiri her!
Германн, одетый в точности как его хозяин, поднялся с мостовой и затрусил навстречу, ведя на поводу двух лошадей. При каждом шаге широкие кожаные штанины бились друг о друга, издавая громкое "хлоп-хлоп".
- Как, говоришь, твое имя? - спросил Невитта, когда они уже целеустремленно шли по улице.
- Мартин Пэдуэй. Попросту - Мартинус.
Пэдуэй не хотел злоупотреблять покладистым нравом Невитты, но ему отчаянно нужна была информация. Поэтому, для приличия немного выждав, он поинтересовался:
- Ты не подскажешь, к кому в Риме можно обратиться в случае нужды ну, там, врач, законник...
- Конечно, подскажу! Делами чужеземцев занимается Валерий Муммий, его контора подле базилики Эмилия. Что касается лекаря, то лучше моего приятеля Лео Ваккаса никого не сыскать. Он грек, однако парень неплохой, Хотя лично я считаю, что мощи арианского святого ничуть не хуже, чем самые мудреные травы и настои.
- Вполне вероятно, - согласился Пэдуэй, записывая имена и адреса. - А банкира посоветуешь?
- Ростовщика? Предпочитаю не иметь с ними дела - кому охота забираться в долги? Но если уж припекло, ступай к Томасусу-сирийцу, рядом с Эмилиевым мостом. Только гляди в оба!
- Он нечестен?
- Томасус? Конечно, честен! Просто с ним нельзя зевать, вот и все. Эй, похоже, подходящее место. Невитта забарабанил в дверь. На пороге появился грязный нечесаный человек.
Комната здесь действительно сдавалась - плохо освещенная, смрадная... как везде в Риме. За нее просили семь сестерций.
- Предложи половину, - театральным шепотом произнес Невитта.
Пэдуэй так и сделал. После долгих и скучных торгов сошлись на пяти. Невитта крепко сжал руку Пэдуэя в своей огромной красной ручище.
- Не забудь, Мартинус, как-нибудь приходи. Я всегда рад послушать человека, который говорит на латыни еще хуже меня, хаха-ха!
Он и Германн сели на лошадей и исчезли в конце улицы.
Пэдуэю было жаль с ними расставаться. Но у Невитты свои дела... Мартин проводил новых знакомых взглядом и вошел в мрачный пахучий дом.
ГЛАВА 2
Пэдуэй проснулся рано. Во рту был неприятный привкус, в животе постоянно бурчало, словно играл оркестр кузнечиков. Возможно, все из-за ужина - не то чтобы плохого, но, безусловно, непривычного, в основном состоявшего из тушеного мяса с луком. Хозяин копоны, должно быть, немало удивлялся, почему этот странный посетитель то и дело елозит руками по столу - Пэдуэй машинально искал отсутствующие нож и вилку.