18 сентября. В Крыму закончилась встреча-переговоры Брежнева и Брандтом. Подписано коммюнике, и, как всегда, много шумихи вокруг этого «исторического» события. А шум поднимаем преждевременно. Политическое лицо Брандта является не вполне ясным, Брежнев же в особом восторге от этой встречи. Он считает себя непогрешимым, а чувство интуиции, как он говорит, ему правильно подсказывает. Но ведь интуиция, тем более в политике, всегда может обмануть.
5—12 октября. Находился в ГДР с парламентской делегацией. Утром 5 октября делегация вылетела в Берлин, и в этот же день была встречена в Народной палате. 6 октября участие и выступление на торжественном заседании, посвященном 22-й годовщине образования ГДР. Все прошло хорошо, но над своим выступлением пришлось основательно поработать. Московский вариант был сухой, сугубо официальный, просто «дубовый».
7 октября — ознакомление и осмотр Берлина, его новостроек, осмотр пограничной стены от Западного Берлина. Посетили телебашню и осмотрели с нее весь город, как восточную, так и западную часть Берлина. Очень сложна жизнь этого города. В нем живет один народ, одна нация, а по-разному. Мне кажется, что так долго продолжаться не может. Берлин всегда будет камнем преткновения, яблоком раздора политических игр и интриг. Рано или поздно, но проблема Большого Берлина должна решаться. Но как это сделать, на какой основе, пока что трудно себе представить и предположить.
8 октября машинами отбыли в Дрезден, где состоялся большой митинг дружбы. Пришлось выступать. Затем посещение района жилого строительства и школы с преподаванием русского языка. Конечно же, посещение, осмотр и ознакомление с Дрезденской картинной галереей. 9 октября посетил сельскохозяйственный кооператив. Организация и порядки отличные, высокая культура земледелия, урожай собирают по 45—50 центнеров с гектара. Животноводство тоже на высоком уровне. Оплата работников кооператива высокая — в среднем работник получает в месяц 200—250 марок.
В этот же день побывали в нашей группе войск. Осмотрели технику, посетили танковое подразделение, познакомились с жизнью и бытом солдат и офицеров. Встретился со многими знакомыми, в том числе с Андреем Лукьяновым — он тут цроходит службу в качестве офицера. Оказалось, в войсках здесь много земляков. Все прошло отлично.
10 октября осмотрели достопримечательности «Саксонской Швейцарии» — изумительно красивый уголок, чудо природы. Много желающих посетить эту часть Германии, но немцы и умеют показать. 11 октября Хонеккер в ЦК СЕПГ принял всю делегацию. Беседа прошла довольно оживленно. Во второй половине дня я один поехал за город посетить Ульбрихта и Штофа. Оба они болеют. По всему видно, что Хонеккер не с большим желанием дал согласие на мое посещение Ульбрихта. Оба они. Штоф и Ульбрихт, обрадовались моему поезду. Штоф уже выздоравливает, а Ульбрихт еще тяжело болен. Ульбрихт особенно обрадовался моему приезду, даже прослезился старик. Я ему передал привет и наилучшие пожелания от Брежнева и Подгорного. Он искренне поблагодарил. В ходе беседы с ним Ульбрихт жаловался на притеснение его «молодыми». Они не считаются ни с каким его опытом и заслугами. Ульбрихт сказал, что он по этому вопросу написал письмо Брежневу, но от него даже ответа не получил, не то что какой- либо помощи. Раньше этого не могло бы быть. Продолжая беседу, Ульбрихт сказал, что Брежнев начинает страдать признаками зазнайства. Просил меня переговорить с ним по ряду вопросов и просил дать ответ на его письмо. Главный же вопрос — это его место в связи с предстоящими выборами в Народную палату. Ульбрихт при этом сказал, что если мы не поможем, то он окажется за бортом. Ульбрихт надеялся скоро поправиться и в новом составе занять пост Председателя Госсовета. На деле Ульбрихт физически слаб и угнетен морально. Жена Ульбрихта Лота всячески поддерживает мужа, но она очень обозлена за несправедливость на новое руководство, а особенно на Хонеккера, который всячески игнорргоует Ульбрихта, а тот от этого морально сильно страдает. Если Ульбрихта не поддержать, то он скоро погибнет, особенно под моральным гнетом и холодным невниманием. Лечащие врачи утверждают, что кризис у Ульбрихта не прошел. Почему же такое отношение к Ульбрихту? Ведь Хонеккер стал Первым секретарем ЦК СЕПГ только благодаря Ульбрихту. Откуда такая холодность, отчужденность, безразличие, даже презрение к старому заслуженному коммунисту, бывшему руководителю ГДР? Видно, что это общий «стиль» нашей «братской коммунистической морали». Все это очень печально, но факты говорят сами за себя. Трудно простому коммунисту, народу разобраться в клубке политических интриг политической верхушки. В политике свое искусство-соперничество, лесть, интриги. В ней видимость и сущность далеко не тождественны. Тут всегда балансируют силы.
Вечером на приеме по случаю 22-й годовщины ГДР Хонеккер высказал мне много обид, в частности, на то, что руководство КПСС не всегда правильно оценивает политическую сложность ситуащ1и в ГДР.
14 октября. На заседании Политбюро ЦК КПСС среди многих вопросов был и мой доклад об итогах поездки парламентской делегации в ГДР. Мой краткий отчет сводился к следующему: «Делегацию принимали везде хорошо, беседы, встречи носили откровенный радушный характер. Все мероприятия, связанные с пребыванием делегации, широко освещались всеми средствами массовой пропаганды. Дружба, интернационализм, роль великой Страны Советов были главными темами разговора. Некоторые руководители ГДР обратили внимание на скупость освещения в нашей печати пребьшания парламентской делегации в ГДР. В выступлениях и беседах руководителей ГДР и рядовых немцев подчеркивались вопросы единства идеологических действий наших партий и народов. Во всех мероприятиях, связанных с пребьшанием нашей делегации, участвовало много молодежи, и она проявляла особенно дружесюхе отношения к нашей делегации. Немецкие друзья подчеркивали удачный выбор времени пребывания парламентской делегации, приуроченного к 22-й годовщине ГДР. Участие делегации в торжествах, приветствие ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета и Совмина СССР придали особую торжественность этому празднику ГДР. Делегация посетила ГДР за месяц до выборов э Народную палату. Все это немецкие друзья используют в своей работе. Общее впечатление у всех членов делегации от посещения ГДР осталось хорошее, и надо идти на большие контакты.
Какие вопросы тревожат руководство ГДР: нехватка промышленных и бытовых товаров, недостача кормов для животноводства. Главнейший вопрос — это наши переговоры с ФРГ на основе четырехстороннего соглашения по Западному Берлину. По их инициативе я дважды встречался с Хонеккером и членами Политбюро ЦК партии, и в обеих встречах немцы поднимали вопрос о переговорах с Брандтом и высказывали мысли:
«1. Брандт отступает от данных обещаний при переговорах в Крыму с Брежневым.
2. После известного звонка Брежнева мы пошли на некоторые уступки, а теперь Брандт и его соратники используют это как нашу слабость. Мы интересуемся, до каких пор в руководстве КПСС не будут считаться с нашим мнением?
3. В ФРГ развернулась бешеная пропаганда против ГДР и его руководства. Доходит до политических провокаций и авантюр. Мы заявляем, что молчать не будем, будем давать отпор, критиковать политику Бонна и выступим против Брандта даже в личном плане. Нам хорошо известно его политическое лицо, его личные качества и проделки даже интимного характера. Мы все это исцользуем, но все это пойдет в разрез с мнением советского руководства о самом Брандте и политике ФРГ. Да, за последнее время Брежнев проникся особым «доверием» к Брандту, не понимая того, что война без войны в политике всегда происходит. Самонадеянные политики считают, что их визиты, личные контакты приобретают международное значение. Это иллюзия и миф.