Варг принюхался. Жизнь в Избавляющей ещё теплилась. Шершавый язык прошёлся по лицу. Запёкшаяся кровь пошла пузырями. Языком варг вернул оторванный лоскут кожи на обнаженную кость. Пенясь, кровь медленно впитывалась.
— Вы это видите? — викинги ошарашено следили за происходящим.
Волк недовольно сопел. Раны не затягивались. Влажный нос ткнулся в опухшую щёку, толкнул. Бесполезно.
— Что случилось? — Матс подошел ближе. — Почему она не очнулась?
Виновато опустил зверь голову.
— Она жива! — мальчик не терял надежду и подбадривал и себя и волка.
Матс чётко видел исходившее от распростертого на земле тела свечение. Он увидел его, когда очнулся после удара Громогласного. Теперь всё живое засветилось.
Деревья, кусты и трава источали свет, словно дымка поутру. Лошади подсвечивались жёлтым. Люди — светились разными цветами. Змея отливала оттенком глубокого леса, а волка окутывал серый густой туман. Матс понимал, что так светилась жизнь. Потому что Уна, Арнбьёрн и его воины выглядели чёрными дырами на цветном холсте. Свет Веселины был белый и совсем слабый. Но он был.
Опустившись рядом с ней на колени, он сосредоточился. На месте сломанного носа в бледном свечении плавали тёмные разводы. Словно в чистую воду бросили комок грязи. Мальчик протянул руку. Пальцы покалывало. Уверенное движение — и нос с хрустом встал на место.
Он присмотрелся и нашел ещё такие же грязные разводы на левой руке, ближе к кисти, куда пришелся удар ноги Громогласного. Оказались сломаны и рёбра. Не все, но несколько. Правая вывернутая стопа опухла и начала синеть.
— Мне нужны толстые ветки. Без сучков. Прямые. Вы поможете? — обратился Матс к Йорану.
Мальчишка полез в сумку с одеждой. Только сейчас он понял, зачем нужно то полотно с рваными краями. Келда держала его всегда под рукой. Тонкое, но крепкое, оно как раз подходило на повязки. Когда Гуди возвращался из дальних путешествий, она накладывала на сломанные кости ветки, обматывая лентами.
Мужчины вынырнули из темноты. Принесли, что просил мальчишка. Сложили, опасливо поглядывая на волка.
Уверенными движениями наложил Матс ветки с двух сторон на руку, обмотал туго лентами, закрепил. Осторожно повернул стопу, зафиксировал.
— Ребра как скрепить? — в задумчивости мальчик обратился к воинам, ища поддержки, и продолжая копаться в своей памяти.
Вспомнилось, как Келда попросила его маленького помочь перетянуть широкую грудь Гуди простынями. Они тянули за края, упираясь ногой в стул, на котором сидел отец. Они тянули, а Гуди со стоном выдыхал.
— Один не справишься, — Йоран шагнул вперед.
Йоран уверенно шел по лесу, ориентируясь в темноте, что дикий кот. Поступь его была легкая, бесшумная. Матс же то и дело спотыкался о корни деревьев, оступался, но не жаловался и не просил сбавить темп. За ним тенью двигался варг. На широкой спине зверя лежала Веселина. Её жизнь еле теплилась. Змея нагло устроилась между ушами волка, периодически щупая холодный воздух языком. Замыкали процессию двое воинов. Они вели под уздцы привязанных друг за другом лошадей.
Споткнувшись об очередной корень, Матс чуть не упал. Потёр глаза, уставшие от напряженного вглядывания в темноту. Тело ломило после встречи с деревом и требовало отдыха.
Не сбавляя шага, Йоран заухал филином. Услыхав клекот ночной птицы, поймавшей добычу, воин пошел на звук. Путь ему преградила невысокая фигура, выступившая из-за дерева. Обнаженный меч блеснул в бледном свете луны.
— Ты ли это, Йоран Отважный? — хриплый голос принадлежал повидавшему не один бой воитель.
— Я это. Прав ты, Вегард. Со мной мои побратимы. Только спрячь оружие свое, чтобы не пораниться. С нами гости, от которых тебе захочется сбежать, теряя штаны.
— Видно, пива ты много выпил, Йоран, пока за собаками смердящими гонялся, — хохотнул в бороду страж.
— Я предупредил, — ответную усмешку скрыла ночь.
Колкий ответ застрял в горле Вегарда, когда мимо него бесшумно прошел огромный зверь.
— Во славу Одина и псов, его сопровождающих, Гери и Фреки, — прошептал во след Вегард.
Впереди, между деревьев, Матс заметил слабые отсветы костра. Ощутив горячее дыхание варга на шее, обернулся. Зверь остановился.
— Йоран? — окликнул мальчик воина.
Не любил людей варг, особенно тех, что носили оружие. Исключением были дети. От них исходил приятный запах невинности и непосредственности. Впереди же пахло потом, кровью и смертью. Там были люди, привыкшие убивать. К ним примешивался еще один запах, который нервировал больше всего. С его обладателем варг встречаться не хотел. По крайней мере, пока.