Баребра приняла обувку бережно. Погладила. Прижала к груди.
— Благодарю вашего мужа за помощь. Его сапоги мне очень помогли. Он хороший был человек. Меня Веселина зовут, — альва не знала, что ещё сказать.
— Мне очень приятно познакомиться с тобой, Веселина. Меня зовут все Баребра. Скажи, как ты прознала куда их нести? Или подсказал кто? — женщина изучающе оглядела гостью.
— Нитка привела, — ответила девушка. — Прямо к дому вашему от сапог тянулась.
Неуютно было под взглядом хозяйки.
— Не оборвалась ещё связь с Йоханнесом, — улыбка тронула губы Баребры.
Она глянула быстро на Йорана, что стоял поодаль, и прижала сапоги к груди крепче. Затихла.
— Что это я гостей на пороге держу. Негоже. Пойдёмте в дом, я как раз стол накрыла, — пригласила хозяйка, словно очнувшись. Матсу с Йораном второй раз повторять не пришлось, а Веселина замялась.
— Ой, мне неудобно как-то.
— Окажи милость, альва, сядь со мной за один стол, преломи хлеб, да выпей мёда. Это будет для меня честь, как для зелигены*, — голос женщины звучал мелодично и тихо.
— Зелигены? — слова не казалось знакомым.
Баребра посмотрела на неё ещё внимательнее. Казалось, взгляд проникал в самую душу, но грубо вырывался, а осторожно заглядывал.
— Хм… Ты проснулась, но сущность твоя все ещё спит, и глаза твои закрыты. Ничего. Значит не время. Пойдем в дом.
Диковинны были слова для Веселины, но перечить не стала и последовала за хозяйкой.
Переступив порог, девушка оказалась в большой чистой комнате. Посредине стоял крепкий стол, рядом лавки, на которых уже пристроились мужчины. Свет проникал через квадратные окна под крышей. Стены комнаты украшали полотна, расшитые причудливыми узорами. Такой же рисунок был на занавеси, скрывавшей часть комнаты. От побеленной печи исходило приятное тепло.
— Присаживайся, — указала хозяйка на место рядом с воином, сама же она устроилась на лавке с Матсом.
— Угощайтесь гости дорогие. И пусть Боги будут вместе с нами сыты и пьяны, — добавила она и пролила на деревянный пол, устланный соломой, немного мёда из своего кубка.
Веселина следила за Бареброй. В походе ели руками и сейчас девушка не понимала, как следует себя вести, чтобы не обидеть хозяйку. Когда женщина первой взяла кусок мяса пальцами, Веселина выдохнула. Остатки напряжение развеял Йоран. Воин отхлебнул из кубка и начал травить походные байки, заставляя всех смеяться.
Хмельной напиток сделал свое дело. Баребра смотрела на мужчину всё более открыто по совету Фолкора. Сумел неказистый воин весёлым разговором разжечь интерес в молодой вдове.
Сам Йоран давно засматривался на Баребру, но из уважения к её мужу, чувств своих никак не проявлял. Женщина была хороша собой. Ладная, белокожая. А то, что ростом она была выше него почти на ладонь, воина не смущало. Отличалась Баребра и спокойным нравом. Люди уважали её, хотя и побаивались. Шептались, что не человек она вовсе. Но Йорану было всё равно. Сейчас мужчина испытывал не только томление в груди, но и желание защищать, и оберегать.
Матс усиленно работал челюстями и на переглядки взрослых внимания не обращал. Пальцы его ловко собирали с блюда кашу и отправляли в рот.
А от Веселины не укрылся интерес хозяйки дома к гостю-помощнику. Только видела она в глазах вдовы еще и неуверенность, смешанную с печалью.
— Уф, наелся я, — сказал Матс, облизав пальцы. — Какие травы следует добавить, чтобы ягненок получился таким вкусным?
Мальчишка ждал ответа. Аромат мяса не давал ему покоя с момента, как они с Йораном зашли на двор. Пахло так, что слюной давился.
— Ты в травах понимаешь? — заинтересовалась Баребра. — Мне казалось, что парни больше воинским делом интересуются. Здесь редкий розмарин и душица. Ещё я добавляю дикий чеснок.
— Только чеснок знаю. Покажешь, как они выглядят? — в глазах Матса загорелся огонёк любопытства.
— Отчего же не показать, покажу. Поможешь мне со стола убрать, я тебе и расскажу про травы, какие использую. Меня моя мать научила. Я надеюсь эти знания своим детям передать, — женщина бросила украдкой взгляд на Йорана. Воин слушал внимательно. От последних слов он заволновался, покраснел и сразу стал неуклюжим.
Последовав примеру Матса, Веселина тоже облизала пальцы с нескрываемым удовольствием, наплевав на этикет. Мясо было очень сочным и легко жевалось. Сдобренная маслом каша из ячменя оказалась на удивление вкусной и сытной. За едой Веселина не раз приложилась к кубку с золотистым напитком.
Эффект от медовухи девушка ощутила, встав с лавки. Хмель ударил не только в голову, в которой приятно шумело, но и в ноги. Покачнувшись, она ухватилась за край стола и весело икнула.