— Всё хорошо? — он насторожился. Не нравилось ему, как альва реагировала на лес.
— Со мной? Лучше в жизни я себя не чувствовала.
Совершенно не ожидая такого ответа, Грег заглянул в карие глаза.
— Что ты чувствуешь?
Веселина задумалась.
— Здесь уютно. Я дома: закуталась в плед, пью чай с лимоном. Мне настолько хорошо, что я не хочу, чтобы этот миг заканчивался, — она посмотрела на мужчину из своих снов. Опасного, пугающего и такого манящего.
— Мы можем побыть здесь ещё немного?
Льёт потянул её вперед. Она нехотя подчинилась.
— Почему я не слышу птиц? — внимание девушки переключилось на лес. Она закусила губу.
— Я не слышу наших шагов. Звенит, — она вертела головой в поисках любого живого существа.
— Что звенит? — не понял мужчина. Смысл некоторых её слов не сразу доходил. Изъяснялась она непривычно.
— Тишина.
По спине его прошел холодок. Кончики пальцев онемели. Грега тревожил румянец, расцветавший на девичьих щеках.
— В сон не клонит?
— Нет. Почему спрашиваешь? — она чеканила каждое слов. — В голове ясно. Даже слишком. Это же хорошо?
Чем дальше они углублялись в лес, тем необычнее вела себя Веселина.
— Мне тут определенно нравится, — сказала она и закружила на месте, расставив руки в тороны, а потом поднесла их ко рту и прокричала словно в рупор. — Ты слышишь меня лес? Ты мне нравишься!
Легкий ветерок вынырнул из чащи. Освежил кожу. Запрыгал по листве, как по клавишам пианино, наполняя мир звуками. Мимо пролетел мохнатый шмель, деловито жужжа. На ветку раскидистого дуба присела птичка с голубой грудкой и зачирикала.
Льёт облегченно выдохнул. Лес её принял. Впереди осталось самое трудное.
— Ответил. Какой дружелюбный лес, — глаза девушки радостно блестели. — И волшебный.
Мужчина прибавил шагу, и Веселина поспешила за ним.
— Куда мы всё-таки идем?
— Знакомиться.
— Ух, ты! И с кем?
Льёт промолчал. Он не знал как объяснить ей, что в этом зачарованном лесу есть гиблое место. Он почувствовал его зов, как только въехал в ворота Валье. И шёпот мертвых душ звучал в его голове всё настойчивее. Они требовали привести альву.
Тропа вильнула и вывела путников к поляне. Яркие цвета померкли перед безжизненным пятном. На пустынной земле, окруженной корявыми ссохнувшимися елями, возвышался жертвенный камень. Бока его, испещренные рунами, казались подсвеченными голубым светом.
— Что это? — Веселина внимательно изучала место.
— А что ты видишь?
— Большая поляна, с чётким контуром. Внутри всё выжжено. Посредине камень. Это гниль?
— Нет. Это мёртвая земля. Если смертный сюда зайдет, то навсегда уснёт. Если мёртвого занести, его раны затянутся. Ты должна знать это место. Обычные люди его не видят. Раз лес его тебе показал, значит ты достойна, — пояснил Грег. Шёпот в голове утих. Но его это не успокоило. Слишком легко всё прошло.
— Пойдём, — он повернулся к поляне спиной. Это место забирало силы у смертных, отбирало свет и периодически требовало жертву. Здесь казнили врагов и преступников.
— Нам ещё нужна живая вода, — сказал Льёт.
— Прям совсем живая? — посмотрела с недоверием Веселина.
— Живее всех живых.
— Как в сказке. Только мертвая земля и живая вода. Ну, надо же. Пожалуй это уже десять-ноль в пользу комы и галлюцинаций, — развеселилась девушка. — И далеко нам идти?
— На другой конец леса. К озеру с кувшинками, с чёрной зеркальной водой.
Грек направился к тропинке. А Веселина, оторвавшись от созерцания поляны, направилась в другую сторону.
— Так вот же озеро! — услышал он за спиной.
Мужчина обернулся. Её не было. Огляделся в недоумении. Выругался.
— Веселина, где ты? — голос разлетелся по лесу, спугнув стайку ярких птиц.
В ответ тишина. Сердце его недобро сжалось.
— Веселина! — прокричал он громче.
— Чего орешь? Вот я. Пошли! — рука девушки появилась прямо из ствола ясеня, ухватила его за рубашку и потянула за собой.
Он выставил руки вперед, ожидая удара лицом, но прошел сквозь дерево. С громким чпоканием мужчина вывалился на поляну.
— Тут так красиво, — альва зачарованно осматривалась.
Поляна, казалась голубой. Среди зелёной, сочной травы росли незабудки. Такого количества этих нежных маленьких цветов Веся никогда не видела. Со всех сторон поляну, словно высоким забором, окружали дубы, под которыми оградой росли непролазные колючие кусты. В центре зеркалом блестело озеро, поросшее по кругу рогозом, и лишь небольшой участок берега был присыпан песком.