Хотелось шикнуть на наивного мальчишку и жестом послать его подальше, чтобы хотя бы он сумел спастись, но я не успела с размашистого желания перейти к действиям, потому что со стороны темноволосого Крейга раздалось облегченное:
- Вильтер...
19 Глава
Хочешь жить — умей вертеться.
Народная мудрость
***
— Неужели мы ничего не можем сделать? — обеспокоенно выдал Крейг.
Парниша лет двадцати с высоко собранным хвостом каштановых волос, взглядом почти что алых глаз, был кажется единственным из всех присутствующих, кого волновало моё состояние. Он беспокоился за меня и каждый раз нервно оборачивался на мои «ах» и «ох». Святой человек, незапятнанный юноша, чьё волнение могло обернуться для меня смертельной петлей, затянутой на шее.
«А ну уймись, пацан!» — мысленно орала я, нервно подмигивая на каждый его обеспокоенный оборот в мою сторону. Однако Крейг, приписав дергающееся веко к признакам скорой кончины, становился ещё более разгоряченным в своих благих рвениях.
— Мы не можем оставить все так! Хотя бы лекарь... Хотя бы его нужно привести!
Хотелось миролюбиво объяснить молодому вояке, почему как раз этого делать не стоит, но я сдержала порыв небывалой честности. Вряд-ли он поймет, что дыра в моей голове — это скорый билет на виселицу, а лекарь — человек, который затянет узел потуже, когда всем в подробностях расскажет, что с проломленным черепом полагается лежать — и лежать в гробу. Вряд-ли поймут и его товарищи, которые с возрастающим с каждой минутой подозрением наблюдали за тем, как я истощаю свои кровавые литры и слишком уж томительно долго не желаю отправляться на тот свет.
— Тебе стоит успокоиться, Крейг, — не выдержал рыжий, стоя возле печи и балуясь раскаленной кочергой. — Обычный лекарь здесь бессилен, даже у высококвалифицированного целителя с чем-то подобным возникли бы проблемы. Тем более для неё такая смерть даже куда лучше того, что её ждало бы в Эллитайне.
На очередном согласном кивке я застыла, как только услышала конец сказанного. Это в каком смысле «куда лучше того, что её ждало бы в Эллитайне»? Подняв растерянный взгляд на Крейга, я опешила. Паренёк завис, не зная, что и добавить. Остальные тоже молчали, будто соглашаясь.
Одна я, сидя в углу комнаты подобно изгою, озадаченно прожигала мужские профили. Не выдержав, я прокашлялась и замогильным голосом уточнила:
— Что ты имеешь ввиду?
Хрип получился максимально болезненный и даже с какой-то отдышкой. Складывалось впечатление, что мне и вправду оставалось недолго. Все удивились тому, что я все ещё была в сознание. Удивились, косо взглянули и промолчали. Тишина обернулась для меня неприятной пощечиной. Только Крейг, сжалившись надо мной, аккуратно объяснил:
— В Эллитайне тебя ждала темница.
И такое мрачное выражение лица. Подобравшись на узорчатым ковре, я нахмурилась. Разве темница не лучше?
— С такой, как ты, семь шкур бы содрали прежде чем убить, — ухмыльнулся где-то в отдалении товарищ Крейга, любивший злословить. — С ведьмами у рыцарей всегда разговор был долгий и мучительный. Особенно с теми, кто бегает с не лишенным даром. Разодрали бы, как бешеные псы.
Замечательно! Я даже не знаю, чему мне удивляться больше: тому, что я теперь не просто ведьма, а самая настоящая «не лишённая» или что умирать мне сейчас придется естественно и в темпе.
— Сол! — возмутился Крейг, скосив хмурый взгляд в сторону взлохмоченного мужчины.
Короткие темноватые волосы, лежащие в беспорядке, черные густые брови, серые глаза, на дне которых замёрзло непонятное мне презрение и веселое злорадство. Неприятный тип, одетый в похожий наряд, что был на том же Крейге и рыжем: этакое мужское серое платье с вырезами от пояса до самого подола, приталенное благодаря кожаным ножнам, штаны в темных тонах, такого же оттенка и длинные сапоги. Именно он клеился к брюнетке возле двери с Крейгом и прожигал меня недовольным взглядом пуще всех остальных.
— Да ладно, — махнул тот рукой на оклик товарища, развалившись на стуле. — Все равно ведь помрет. К чему нежности?
Вот кому было весело со всей этой ситуации. Сразу было видно, насколько сильно этот тип любил ведьм. Дай ему только шанс добить меня, без всяких колебаний снял бы с себя этот шелковый зелёный шарф и устроил бы домашнюю виселицу, при этом шутя в своей ядовитой манере. Без всяких подсказок было ясно — товарищ Ирдена.
— Вижу, что тебе весело, Сол, — внезапно вкрадчиво донеслось из-за стола.