- Как сладко... - ещё в полудрёме произнесла я, едва шевеля губами. - Ещё чуть-чуть. Мне нужно ещё...
Вдруг что-то коснулось моего носа, нещадно тыкнув и едва не сделав там ещё одну ноздрю. Я нахмурилась, но все равно продолжила досматривать такой желанный сон. Снова тычок, только уже болезненнее, заставивший подобрать слюни и недовольно пробурчать:
- Йогурт не отдам, он мой!
- Уранэрх им миё, - донеслось в ответ с ноткой любопытства.
- Что? - недоуменно прохрипела я, резко хватая за неизвестную тыкалку и вопросительно приоткрывая один глаз.
А затем вместе с увиденной картиной пришло осознание того, что я не в гипермаркете, а в месте похуже. Я не стала закрывать ладошкой удивлённое «о!», зато на всякий случай осторожно открыла второй глаз, надеясь на то, что это просто последствия бурных ночей. К сожалению, один из них зашевелился и надежды на лучший исход собирались умереть в последнюю очередь, то есть после меня.
На поляне число опасных и проблемных личностей резко возросло в несколько раз. Меня окружили создания неизвестного происхождения. Нет, это, конечно же, были не монстры, а люди, но выглядели они, как ходячие наборы кухонных ножей. Если бы они держали в руках плакаты, то их бы обязательно украшала надпись «Острая реклама!».
Четверо мужчин, разодетых явно не в рыцарские обноски, а в более лёгкую и простую одежду в черных тонах, смотрелись со стороны очень даже угрожающе. Если даже их не украшали доспехи, зато за спиной и по бокам имелись то кинжалы, то клинки. Где-то даже висели какие-то острые диски, один взгляд на которых вызывал у моих конечностей болезненную судорогу.
Удивленный блеск, на секунду мелькнувший в их глазах, после моего пробуждения исчез, чужие лица тут же превратились в враждебно настроенные маски. Тот, кто рискнул разбудить меня и держал в руках кривую палку, был с щетиной и, кажется, самым габаритным из всех. Черные широкие штаны с завязками в некоторых местах едва ли не кричала о опасности неожиданного оголения, рубаха же такого же оттенка ещё как-то держалась, хотя пуговицы так и обещали выстрелить, как пробка из под шампанского.
- Санрэй лэс кэрхи, - с какой-то печалью произнес держатель веток, видимо, надеялся на то, что я исдохну в порыве уменьшить число проблемных девушек и не придется потом со мной возиться.
- И мне тоже приятно познакомиться, - произнесла я, криво улыбнувшись и готовясь к спортивному прыжку с места.
Судя по тому, что в воздухе запахло напряжением и я отчётливо услышала скрежет клинка о ножны, дела у меня обстояли отвратительно. Серый лес теперь не казался мне таким уж неприятным местом, куда не хотелось раньше возвращаться.
Из моих рук бесцеремонно вырвали палку и отбросили её в сторону. Какой-то трюк и в ладошках у мужчины уже кинжал с рваными зубцами, который опасно завис напротив моего горла.
- Анкер ди лем, Ашшар!
- А можно по русски?
- Анкер ди лем! - угрожающе тихо произнес мужчина «А».
Я нервно сглотнула, не понимая, что от меня хотят. Когда кинжал впился в горло, до меня дошло, что, кажется, меня просят подняться и, судя по их выжидающим взглядам, следовать за ними. Спасибо приставленному ко мне оружию - один тычок и словно не бывало никакого языкового барьера. Может так и вовсе больше никаких проблем с недопониманиями не возникнет. Как никак, а уже прогресс.
- Ладно, хорошо, анкер так анкер, - дрожащим голосом отозвалась я, пытаясь приподняться и встать на дрожащие ноги. Кто они такие? Что хотят от меня?
- Викар сэхель фо ним, ален ни всэр малет ашшей, Альго, - вдруг произнёс командным тоном какой-то парень из толпы, обращаясь к вооруженному бугаю.
Я настороженно посмотрела сначала на рядом стоящего мужчину, а затем на говорившего. Меня сбило с толку то, что в толпе был юнец. На вид ему было лет семнадцать, да и выглядел он, как подросток, но взгляд зелёных глаз на суровом лице не обещал ничего хорошего. Чутье подсказало, что главный здесь не самый габаритный и сильный, а тот, у кого меньше всего оружия. На мальчишке были всего лишь ножны для единственного меча.
- Хэрн! - и болезненный толчок.
- Да ты сам тот ещё хрен! Не тычь в меня этой зубочисткой! - не выдержала я после очередного мужского оклика, теперь косясь не на толпу женоненавистников, а назад. Нужно сбежать, но как...