Когда мы с ней вдруг из горизонтального положения резко перешли в вертикальное, не меняя при этом позу — крепко-накрепко вцепились друг другу в волосы — нас прям так взяли за шкирку и, не пройдя пару метров, с полётом отправили на улицу кататься по мёрзлой земле.
— Остыньте! Как только отпустит, тогда и вернетесь! — угрожающе донеслось от смуглого мужчины средних лет с потёртым темным передником, а затем он громко хлопнул дверью прямо перед нашими носами.
Оставшись наедине в ночном мраке, под холодным дуновением осеннего ветерка, я со стонами первая поднялась с земли и уселась на деревянное крыльцо.
Над правым глазом, судя по неприятным ощущениям, наливался всеми цветами радуги огромный фингал. Ноющий живот и побитую спину я вообще не чувствовала. Голова трещала по швам, словно по челюсти мне зарядила не хрупкая девушка, а трёхкратный чемпион по боксу. И это всё за каких-то пару минут.
Блондинка вслед за мной с огромным усилием поднялась с земли и морщась от боли осторожно подсела ко мне, как ни в чем не бывало. Судя по её левому заплывшему глазу, я всё-таки дотянулась до её запудренного лица. Едва сдержав довольный смешок, я осторожно поправила свою съехавшую рубаху.
Так мы и сидели в полной тишине, пока Винка не решила закурить.
— Будешь? — тонкие ухоженные пальцы протянули мне сигару.
— Не курю, — хмуро ответила я, вдыхая терпкий запах табака.
— Ясно, — она ещё раз затянулась. — Какая работа?
Я вопросительно уставилась на блондинку:
— Что?
— Ты упоминала что-то про работу.
— Аа, — невольно вырвалось с окровавленных губ, а затем недолго думая я с усмешкой добавила: — А как же твое «я работаю только с мужчинами»?
Винка беззлобно улыбнулась. Поправив платье в нескольких местах, она уклончиво ответила:
— Может твой удар снизу настолько меня впечатлил, что мне пришлось задуматься над твоим предложением.
Я улыбнулась ей в ответ. Недолгое молчание и вот от меня доносится тихое:
— Мне нужно в Вэйрус и желательно побыстрее.
Блондинка задумалась. Проследив за белесым дымом, который спиралью взвился к небу, она сделала последнюю затяжку и выкинула докуренную сигару в сторону.
— Понятно.
Медленно и аккуратно поднявшись с насиженного места, она равнодушно оглядела меня вновь и хриплым голосом добавила:
— Завтра утром, к семи, на этом же месте. Опоздаешь — останешься здесь.
Мой удивленный взгляд успел лишь мазнуть по худой удаляющейся фигуре, которая тут же скрылась за деревянной дверью.
Я не верила своим ушам. Кто там говорил, что кулаками делу не поможешь? Невольно довольная улыбка все-таки затронула мои губы. Даже если все и не пошло по плану, своего я добилась. А значит через каких-то пару дней я буду уже в столице. От одной только мысли, что скоро все это закончится, мне становилось легче.
Посидев на крыльце ещё немножко, я осторожно поднялась и, прихрамывая на одну ногу, с глухим стуком открыла потёртую дверь следом. Под внимательные взгляды недавних зевак невозмутимо последовала в центр кабака, подняла с пола свой платок и двинулась к хозяину таверны.
— Мне нужна комната.
Внимательный взгляд карих глаз заставил смущенно потоптаться на месте.
— Драться больше не буду.
Незнакомец кивнул каким-то своим мыслям, затем нырнул за барную стойку и дал мне старый потёртый ключ.
— Десять медных, — и большая чёрствая ладонь зависла в воздухе. Пришлось выложить одну серебрушку и отправиться искать свою комнату.
На причитания по поводу того, что за койку больно дорого дерут, сил не было. Подумаешь на серебрушку меньше или больше, самое главное — не заставили платить за учиненный беспредел и стражу не позвали.
Хватаясь за ушибленный бок, я с трудом поднялась на второй этаж, где и отыскала хлипкую на вид дверь с табличкой тринадцать. Повернула металлический ключ в скважине, замок щёлкнул, после чего впустил в маленькую мрачную комнатушку.